– Так распорядился мистер Джефферсон, – сказала она, словно речь шла о пятерке.

– Ну что ж, от денег нельзя отказываться. Вы управляете делами мистера Джефферсона?

– Я его секретарь, – ответила она, будто этим все было сказано.

Я стал прощаться.

– Как только освобожусь, я вам сообщу.

Когда я дошел до двери, в спину мне последовал неожиданный вопрос:

– Она была хорошенькой?

Вначале я не сразу сообразил, о ком идет речь. Джейн неподвижно сидела в кресле, в глазах ее застыло странное выражение.

– Его жена? Пожалуй, да. Китаянки бывают очень привлекательны. Она осталась такой и после смерти.

– Понимаю. – Джейн взяла авторучку и подвинула к себе чековую книжку, давая этим понять, что разговор окончен.

Дворецкий проводил меня к выходу и слегка поклонился. В болтливости его никто не смог бы обвинить. Я медленно пошел к машине. Кое-что стало проясняться. У меня появилась уверенность, что когда-то Джейн и Герман были любовниками. Очевидно, известие о его браке и смерти потрясло ее не меньше, чем старика. Это было любопытное стечение обстоятельств, и я решил побольше разузнать о Джейн.

Усевшись в машину, я отправился в полицию. После получасового ожидания меня допустили к Ретнику. Он сидел за столом и мрачно жевал потухшую сигару.

– Не знаю, сыщик, стоит ли тратить на тебя время, – выпалил он, едва я вошел. – Скажи, что тебе нужно?

– Я решил предупредить вас, что теперь работаю на Джефферсона, – сказал я.

Он прямо задохнулся от такого нахальства.

– Если ты будешь вмешиваться в расследование, Райан, то я позабочусь, чтобы тебя лишили лицензии, – ощетинился он. – Сколько тебе заплатили?

Я уселся на жесткий стул.

– Достаточно. Я не собираюсь вам мешать, так как улетаю в Гонконг.

– У тебя губа не дура, – скривился он. – Гонконг, а? Я тоже не прочь прокатиться туда. А что ты там будешь делать?

– Старик хочет побольше узнать об этой девушке. Он думает, что мы не продвинемся в следствии, пока не узнаем о ее прошлом. Возможно, он прав.

– Все это пустая трата времени, – отрезал Ретник. – Но вряд ли это тебя беспокоит, раз тебе заплатили.

– Верно, – бодро сказал я. – Он в состоянии удовлетворить свои капризы, а у меня есть время помочь ему. Возможно, мне повезет.

– Достаточно было послать телеграмму в полицию Гонконга. Совсем необязательно туда ездить.

– Ну и что они вам сообщили?

– Ее звали Джоян Чунг. Чертово имя, не правда ли? Три года назад ее привезли на джонке из Макао в Гонконг. Полгода она провела в тюрьме, потом ей выдали документы. Она работала танцовщицей в «Пагода-клубе», то есть, вероятнее всего, была проституткой. Двадцать первого сентября прошлого года американский консул в Гонконге зарегистрировал ее брак с гражданином США Германом Джефферсоном. Они жили в гостинице «Небесная империя», где обычно останавливаются только китайцы. Вероятно, у Германа не было денег и он жил на содержании у жены и на то, что ему присылал отец. Шестого сентября он погиб в автомобильной катастрофе, и его жена обратилась к американскому консулу за разрешением перевезти тело на родину. Вот и вся история. Так зачем ехать в Гонконг?

– Мне платят за то, чтобы я поехал. Там я не буду стоять у вас на дороге.

Ретник злобно усмехнулся.

– Об этом не беспокойся. В любое время я могу убрать тебя с дороги.

Я не стал возражать. Иногда и ему надо почувствовать свою значимость.

– Ну, как идут дела? Что-нибудь отыскали?

– Нет, – сказал он хмуро и посмотрел на заляпанный чернилами блокнот. – Больше всего меня интересует, почему она поехала к тебе в три часа ночи.

– Может быть, я сумею получить на это ответ в Гонконге. – Я закурил сигарету. – У старика Джефферсона куча денег. Насколько я понимаю, их должен был унаследовать сын. Если старик не изменил своего завещания, то в случае его смерти наследницей становилась Джоян. Кому-то было выгодно убрать ее. Если узнать, кому достанутся деньги Джефферсона, мы получим мотив убийства.

Ретник подумал и сказал.

– Это идея.

– Вы знаете секретаршу старика Джейн Уэст? Она наверняка получит кое-какие деньги после его смерти. По-моему, она когда-то была любовницей Германа. Можно проверить, где она была в три часа ночи, когда убили Джоян.

– Как я это сделаю? – окрысился Ретник. – Для этого мне как минимум надо поговорить с ней. А старик за нее очень держится. Если я начну копаться в ее личной жизни, мне грозят большие неприятности. Джефферсон здесь царь и бог. – Ретник с надеждой посмотрел на меня. – А почему ты решил, что она была любовницей Германа?

– Я говорил с ней. Она прекрасно держалась, но иногда что-то такое прорывалось. Не думаю, что она убила девушку, но ей известно гораздо больше, чем кажется. Может быть, у нее есть честолюбивый дружок.

– Я не собираюсь копаться в ее делах. Мне только нужно узнать, что делала желтокожая в твоей конторе в такое время, – и это распутает все дело!

Я встал.

– Может, вы и правы. Когда назначено следствие? Мне бы хотелось уехать как можно скорее.

– Разбирательство завтра в десять. Тебе лучше присутствовать, хотя это и не так важно. Если что-нибудь узнаешь, не забудь сообщить мне. – Он потыкал в блокнот шариковой ручкой.