Решение пришло само по себе. Мгновенно. Парень вскочил, едва не опрокинув при этом стул, закинул документы в портфель, и кинулся прочь из класса.

***

Дмитрий едва ли не бегом поднимался по лестнице старой, сталинской пятиэтажки, отсчитывая этажи. Поднявшись на пятый, он нашел дверь с нужным номером и нажал на звонок. Он звонил несколько минут, но никто не открывал. Он уже почти поверил в то, что дома никого нет, но тут он услышал шаги, а потом щелкнул замок. Дверь со скрипом приоткрылась, и он услышал такой любимый, и такой родной голос.

– Ба, ты что-то забыла? – сонно спросила девушка, выглядывая.

Увидев Дмитрия, девушка вздрогнула и потянула дверь на себя, отступая назад. Решив, что в этот раз ни за что не отпустит ее, парень просунул ногу между дверью и косяком, не давая девушке закрыть ее.

– Что ты делаешь?! – возмутилась школьница.

– Дай мне войти, - попросил ее парень, пытаясь открыть дверь. Милена покачала головой, но он потянул сильнее, и девушке пришлось отступить назад.

Он вошел в квартиру, тут же закрывая за собой дверь. Милена стояла посреди крохотной прихожей, замерев, ожидая его дальнейших действий. Дмитрий мгновение смотрел на нее, словно впервые увидев, а потом шагнул вперед и обхватил ее лицо холодными после мороза руками, заставляя посмотреть на себя. В коридоре было темно, но на кухне горел свет, и даже в этом полумраке, парень мог видеть каждую черточку любимого лица. Все те же широко распахнутые от удивления синие глаза с расширившимися зрачками и трепещущими черными ресницами, все те же пухлые, капризные губы, нежная, шелковистая кожа.

– Пожалуйста, не оставляй меня больше, - еле слышно прошептал парень, касаясь губами высокого лба. – Я так сильно тебя люблю, - шептал он, целуя ее влажные от слез глаза. – Так сильно, что это просто невыносимо, - его руки медленно скользнули вниз по ее спине, притягивая ее к себе.

– Дим, не надо. Уходи, - глухо ответила девушка, упираясь руками ему в грудь, не давая обнять себя. По щекам струились тонкие дорожки слез.

– Не плачь, - сбивчиво шептал учитель, не отпуская ее. – Ты все время плачешь из-за меня, - с горечью в голосе сказал он, а потом накрыл ее ладони своими. – Клянусь, это последний раз, когда ты плачешь, - неожиданно твердо сказал он.

– Ты идиот, - прошептала она, утыкаясь лицом ему в грудь. – Зачем ты пришел?

– Чтобы забрать тебя с собой и больше никогда не отпускать.

– Зачем? – всхлипнула девушка, снова пытаясь отстраниться.

– Потому что я не могу без тебя, - ответил он, чувствуя, что сойдет с ума, если она не перестанет так плакать. Тихо, приглушенно всхлипывая, упираясь дрожащими руками в его грудь. – Пожалуйста, не отталкивай меня, - попросил он, касаясь ее мокрой ото слез щеки.

– Хорошо, - неожиданно согласилась девушка. – Пойдем, - резко сказала она, беря его за руку и увлекая в сторону кухни.

Дмитрий молча последовал за ней, не понимая, что происходит. Когда они оказались на маленькой кухоньке, все, что он мог сделать, это во все глаза смотреть на Милу, не веря, что она стоит перед ним. Она была одета в свободную толстовку и серые штаны, длинные, светлые волосы собраны в пучок на голове. Лицо, опухшее и покрасневшее от слез, но все равно самое красивое на свете. Неожиданно тонкие пальцы с короткими, розовыми ноготками коснулись края толстовки, которую девушка стала снимать.

– Мил, что ты делаешь? – спросил учитель, а когда девушка швырнула кофту на пол, так и застыл.

– Ну, что, все еще забираешь? – срывающимся голосом спросила школьница, указывая на свои живот. Когда они виделись в последний раз он был плоским, а сейчас небольшой, характерной округлостью, выпирал вперед, указывая на интересное положение Милены.

– Это…ты беременна? – изумленно спросил Дмитрий, не сводя глаз с Милы, сложившей руки на животе.

– Нет, блин, вареников переела, - истерично хохотнула школьница. – А на что это, по-твоему, похоже?

– Это мой? – недоверчиво спросил парень, переведя глаза на лицо девушки.

– Ты точно идиот, - слабо улыбнулась Мила. – А чей же еще?

– А как...

– Тебе рассказать, как дети получаются? – фыркнула девушка, решив, что до последнего будет держатся отстраненно и равнодушно. А потом, когда он уйдет, она даст себе волю. Но только когда он уйдет.

– Как ты могла не сказать мне, что у нас будет ребенок?! – возмутился парень, немного отойдя от шока.

– Я…я думала, так будет лучше, - опешила Мила, не ожидавшая таких слов.

– То есть, бросить меня, переехать на другой конец Москвы и растить нашего ребенка вместе со своей безумной бабкой – это и есть твой план?! – взорвался Дмитрий. – То есть, ты все сама решила, даже не посчитавшись с моим мнением?! Единственная идиотка тут - это ты!

– Она не безумная, - тихо ответила школьница, не зная, что еще сказать. Она ожидала, что он просто уйдет и все. Но никак не того, что он сейчас будет стоять на ее кухне, в мокром от растаявшего снега пальто и отчитывать ее, как ребенка.

– Ты безответственная, эгоистичная девчонка, - сказал учитель. – Делаешь так, как тебе заблагорассудится и совершенно не думаешь о других.

– Я думала, так будет лучше для тебя, - всхлипнула Милена, чувствуя, как в глазах снова собираются слезы.