В десяти футах впереди начинался ряд старых многоквартирных домиков. Он толкнулся в первую же дверь и почувствовал облегчение, когда она резко распахнулась, чуть не слетев с петель.

Не глядя под ноги, он помчался по ветхой лестнице, перепрыгивая через две ступени за раз. На крыше должна быть пожарная лестница или хотя бы какое-то помещение, в котором он сможет укрыться, заперев дверь. Коринфия, должно быть сошла с ума, или хватанула какого-нибудь дикого наркотика. Чем быстрее он избавится от нее, тем лучше.

Он мчался, не особо соображая, что делает. Лестница закончилась дверью на крышу. Лёгкие горели. Пожарная лестница была на противоположной стороне крыши, но единственное, что от неё осталось – это небольшая часть швеллера. Поручни, ступени и всё остальное были демонтированы, или отвалились.

Крыша обрывалась прямо вниз, в переулок.

Назад, к лестнице! Он ринулся назад, распахнул дверь и замер - Коринфия...

Боже, как она быстро!

Девушка даже не запыхалась. Её дыхание было спокойным и умеренным, и она целенаправленно двигалась в его сторону.

Люк попятился назад, поднимая обе руки так, в знак того, что он не хотел навредить ей. Дверь шумно захлопнулась и он вздрогнул. Черт.

– Послушай. Послушай. Что бы не происходило – мы можем обсудить это, ладно?- Люк даже не знал, о чём говорил. Ему нужно было время. Время, чтобы придумать план, время, чтобы отвлечь её разговорами.

Коринфия остановилась и подняла голову. Нож, брошенный на пляже вновь был у нее, но, по крайней мере, она в этот момент не нацеливала его на него. Она напряженно следила за каждым его движением, все ее внимание было сфокусировано на нем. Это заставило его почувствовать себя беззащитным, уязвимым.

Господи! Её глаза были практически пурпурными.

– Ты можешь поговорить со мной? Ты можешь рассказать мне, что с тобой происходит?

Она больше не приближалась к нему. Возможно, это работало – разговор. Он внезапно вспомнил, как Доктор Туалетная Бумага советовал ему высказывать всё, что он чувствовал, и ему дико захотелось рассмеяться: что ему нужно было сейчас, так это оружие и путь для побега.

– Если я тебя чем-то обидел, мне жаль, ладно?- говоря это, он внимательно следил за ней.

Если предположить, что она под чем-то, то глаза при этом слишком ясные, а движения точные.

Полностью свихнулась?

– Послушай – прошедшая ночь и это утро доконали меня - я искал свою сестру. Если я напугал тебя, мне жаль.

У него возникла мысль, что возможно Коринфия спала на одной из лодок в Порту. Была ли она беглянкой? Может, он испугал её и она пришла за ним в целях самообороны. Убежденная в том, что он собирался сдать её властям.

Возникло недопонимание.

Теперь, когда строгие черты её лица слегка смягчились, она вновь стала похожа на ту девушку, с которой он беседовал на вечеринке. Люк позволил себе расслабиться, совсем чуть-чуть. В её глазах было что-то такое, что он не мог понять. Возникло желание обнять ее, успокоить, сказать, что все будет в порядке.

Замечательно, теперь он испытывал жалость к сумасшедшей девушке, которая только что покушалась на его жизнь!

– Я могу отвести тебя обратно в Порт?- вежливо спросил он. – Есть кто-нибудь, кого я могу позвать? Кто-то из дома?

При слове дом, её плечи снова распрямились. Она бросилась вперёд, нацелив нож в его грудь. Люк едва успел среагировать и отступил назад. Она заставила его пятиться до тех пор, пока он не оказался почти у самого края крыши.

Бросив взгляд назад через плечо, он на мгновение почувствовал головокружение. Ветер шумно трепал вещи, развешенные на верёвках, натянутых меж зданиями. Перепрыгнуть на крышу другого дома невозможно-большое расстояние, не менее пятнадцати шагов.

– Предугадайте действия вашего соперника. Ищите проход!
– Рёв команд его тренера вспыхнул в голове. Выхода не видно. Неожиданно, он подался влево, затем вправо, пытаясь уйти о неё, но она стерегла каждое его движение.

Она несомненно знала, что делала. Дверь, ведущая на лестницу, была в двадцать шагах, но сначала он должен был пройти мимо неё. Что означало, повернуться к ней спиной, если он побежит.

Она вновь нацелила нож на его подбородок. Кровь бешено стучала в висках. Он обернулся. У него не было выбора. Он должен прыгнуть. Он приметил перекрещивающиеся веревки с неподвижно висевшими, несмотря на сильный бриз с океана, блузками и штанами. Веревки для бельевой сушки...Белье было совершенно неподвижно, словно фотография. Мурашки побежали по его коже и затылку, сжимая кожу, словно кто-то душил его.

Это был единственный выход.

Уверенность наполнила его тело, как на поле - в игре. Он не понимал, откуда пришла уверенность, но он это знал столь же ясно, как свое собственное имя.

Прыгай.

Люк повернулся обратно к Коринфии. Она замешкалась, так как порыв ветра разметал пряди её волос, заставляя их беспорядочно танцевать вокруг её головы. На один миг вернулось безумное желание почувствовать ее тело, прижатое к нему. Когда её волосы опустились на место, он заметил крошечный свет, мерцающий вокруг её головы, его свечение нежно гудело, то появляясь, то исчезая. Он мог поклясться, что это был сверчок.