– Мурлыкай, а то решу что ты плохой питомец, и не буду с тобой разговаривать!
– заявил я капризно надув губки.

В девушке какое-то время шла борьба любопытства с гордостью, но видимо вспомнив, что не так давно вполне успешно мурлыкала, и ничего с ней не случилось, она заурчала.

– Хорошая киска, - похвалил я.
– Ты про мужчин спрашивала? А ты хорошо историю знаешь? Историю первого поколения?

– Хватит засыпать меня новыми вопросами! Просто ответь!

– Плохая киска, ругается, спорит, бяка!
– выдав это самым обиженным тоном, на который был способен, я отвернулся от Илены и пересел ближе к девочкам, заведя ничего не значащий разговор.

Некоторое время спустя Илена перестала требовать обратить на нее внимание, и громко заурчала, я еще немного пообижался, но потом вернулся к пленнице.

– Так что тебе известно из истории?
– повторил я свой вопрос.

– Изначально, на заре создания воительниц, организация пыталась использовать для этого мужчин. Воители получились сильными, но они были не способны контролировать свою ёки и очень быстро пробудились. Довольна?

– Почти. Уточню лишь, что контролировать свою силу они все же могли, например Исли пробудился по собственному желанию, видимо от скуки, поскольку к тому моменту все его товарищи по поколению уже пробудились. И его личность как мне кажется, от пробуждения не очень-то и изменилась. Хотя я его до пробуждения не знала, а братик говорит именно так.

– Но откуда тебе все это известно?

– И ты еще меня обвиняешь в том, что я постоянно перевожу тему? Тебе интересно узнать, что я собираюсь до тебя довести или мои источники информации, которые я все равно не выдам?
– весело заметил я.

– Муррр, муррр…

– А ты быстро учишься!
– я радостно захлопал в ладоши, и, соскочив на землю, потрепал отшатнувшуюся от мня Илену по голове.
– Да ладно тебе, я же любя! Так на чем я остановилась? Ах да, первое поколение было мужчинами, и оно все пробудилось, а теперь скажи, были ли еще мужчины воители?

– Нет, конечно! Организация быстро поняла, что мужчины неконтролируемы и перешла на воительниц. Прекрати меня лапать!

– Я не лапаю, а ощупываю твои шрамы, ты ведь хочешь от них избавится? А тогда не брыкайся! И вообще мы сейчас не о тебе говорим а, о воителях. Сколько всего было мужчин в первом поколении?
– Спросил я, даже и не думая прекращать тактильный анализ Илены.

– У меня нет шрамов на ягодицах!

– Я уже поняла, но ты не отвлекайся, так сколько?

– Не знаю, нам о таких подробностях не говорили, но не много, чуть больше десятка, а потом они стали слишком быстро пробуждаться…

– А теперь припомни, как часто воительницы только на твоей памяти встречались с пробудившимися мужчинами, и скольких убили?
– спросил я абсолютно серьезным голосом и даже прекратил ощупывание своей добычи.

– Что… Э, получается… Мне известно шесть случаев, когда пробудившихся мужчин убивали, еще в двух погибли все воительницы…

– Шесть? А теперь вспомни, сколько прошло времени с первого поколения, и подумай, неужели ты думаешь, что эти шестеро именно те мужчины из первого поколения, которые все скопом вылезли именно сейчас, а не сто, или двести лет назад, или ты думаешь, предыдущие поколения воительниц не встречали пробудившихся мужчин?

– Но, но откуда? Их же не может быть так много! Йома не могут размножаться как люди, откуда тогда взялись эти пробудившиеся?
– ошарашено спросила Илена, даже застыв на месте от шока, пришлось крикнуть девушкам и остановить телегу, а то моя личная воительница рисковала расстаться с головой.

– Вообще-то йома могут размножаться естественным путем, в теории, правда я не слышала, чтоб они это делали. А откуда берется столько мужчин пробудившихся? Тебе надо напомнить, кто тут умеет делать воительниц и воителей, или сама догадаешься? У нас есть основания полагать, что и йома тоже их работа…

– Организация? Но зачем?
– Глядя в ошарашенные серебряные глаза можно было увидеть, как картина мира Илены дала трещинку.

Конечно, парой слов, пусть и логически обоснованных не выбить у нее из головы все воспитание организации, они там не дураки и опыт оболванивания девчонок у них даже поболе моего. Но я тут работаю с жертвой индивидуально, да и доводы мои можно будет подтвердить наглядно, в отличие от лозунгов, которыми пичкает организация.

– Зачем? Где вас только берут таких глупых? А зачем, ради чего человечество вообще хоть что-то делает?
– ударился я в философствования, но заметив признаки нетерпения со стороны воительницы, слегка сократил речь.
– Ради денег, и власти, ради хорошей, и очень долгой жизни. Хотя в организации есть и истинно увлеченные исследованиями люди.

– Какой власти? Организация не правит, она только создает воительниц и защищает людей от йома!
– возразила Илена.

Я посмотрел на нее как на душевнобольную, долго и вдумчиво, так что девушка не выдержала и воскликнула:

– Что ты так на меня уставилась?!

– Илена, вот ты говоришь, организация не правит, а защищает, пусть так, эта защита очень не бескорыстна. Что бывает с теми городами, что отказываются платить?

– Их вычеркивают из графика патрулирования и очень скоро их съедают йома. Но ведь у организации есть расходы, они должны откуда-то брать деньги на существование!
– воскликнула воительница.