Как я не сдох в первые недели от утяжелителей просто не представляю. Болело все: руки, ноги, голова, задница, кости, мышцы, глаза... даже вспоминать страшно. Еще страшнее было в таком состоянии выполнять различные упражнения, а также отжиматься и подтягиваться. Все-таки сорок с лишним килограмм отнюдь не способствуют легкости движений... В общем, все тренировки превращались в мой маленький персональный ад, до которого никому не было абсолютно никакого дела.

Иногда от перенапряжения и жуткой боли я терял сознание прямо во время тренировок, из-за чего клону Орочимару приходилось приводить меня в чувство с помощью некоторых медицинский техник и снадобий. О составе последних я старался особенно не задумываться, помогло и ладно...

Ни о каком ниндзюцу и говорить не стоило - все мои невеликие запасы чакры тратились на то, чтобы поддерживать мобильность моей тушки, а также затем, чтобы я мог хоть как-то двигаться. Хотя, даже если бы у меня нашлась лишняя порция-другая чакры, то, откровенно говоря, я бы побоялся пользоваться техниками. Мои каналы очень сильно расшатались и во многих местах были нестабильны из-за колоссального напряжения, которое обрушивалось на них ежеминутно. Ведь шиноби только иногда пользуются усилением с помощью чакры, которое весьма вредно для организма. Я же использовал его практически круглые сутки, даже во сне, ведь из-за этих проклятых утяжелителей я мог неосознанно сломать себя руку или ногу, а вполне может быть даже и шею, ведь во время сна человек слабо себя контролирует. Так что я сильно сомневаюсь, что использование техник дарует мне приятные ощущения, скорее я буду кататься по земле и выть от боли во 'внезапно лопнувшем канале'.

Удар, прыжок! Перекат, удар ногой, удар, удар, удар!

К концу первого месяца произошло наконец-то то, чего я больше всего боялся - на утро я не смог подняться с постели. Тело было словно не мое - тактильные ощущения отсутствовали, даже привычной боли не было, просто полный паралич. Сказать, что в тот момент я напугался, значит, ничего не сказать - как я не сошел с ума от страха, даже не знаю. Наставник пришел только спустя час и сделал мне два укола - в одном жидкость была мутно-зеленая, в другом - синевато-красная, с каким-то розоватым оттенком. Сразу же сильно полегчало, но неожиданно для себя я быстро заснул, костеря Орыча на все лады за такие нагрузки.

Очнулся я только на следующий день, но чувствовал я себя даже лучше, чем до 'паралича'. Осознание этого факта сразу же подняло планку моего настроение до недосягаемых высот, даже переживания по поводу той дряни, что ввел в меня Орочимару, как-то отступили. Вот только как она поднялась, так сразу же и опустилась, ведь спустя две минуты после моего пробуждения ко мне зашел клон Орыча и пинком погнал на тренировку.

И боль снова стала только нарастать день изо дня. В тот момент, когда меня снова отправили на отработку ударов, после занятий тело болело раза в два сильнее, чем в обычные дни. Как сказал Орочимару: 'из-за появившихся трещин в каналах', которые по его словам вскоре хоть и зарастут, но болеть будут только сильней. И его предупреждения полностью сбылись - к концу второго месяца я напоминал зомби, который ходил и тренировался скорее на автомате, чем по реальным командам мозга. Так как сам мозг почти все время пребывал в невероятном напряжении и поэтому очень часто посылал 'тело' по далекому и заковыристому маршруту, не желая обращать внимание на реальный мир.

Особенно смешной была встреча с Анко. Однажды идя утром к полигону в таком 'тормознутом' состоянии, я встретился лицом к лицу с этим фиолетовым чудищем, которое от предвкушения моей скорой расплаты за свои 'злодеяния', чуть не замурлыкало. Вот только отреагировал я на ее появление совсем не так, как она предполагала. Не знаю, чего Анко ожидала, но точно не того, что я просто пройду мимо нее, словно она пустое место. Каким-то левым чувством и пятым глазом я 'видел' все происходящее, но реагировать как-то на все это не было ни силы, ни желания. Естественно, чудище, оскорбленное в своих самых светлых чувствах, быстро догнало медленно идущего меня и попыталось одернуть, вот только я опять же никак не отреагировал на ее действия. Понаблюдав за мной с минуту, Анко удалилась со странным выражением на лице.

Удар! Верхняя часть бревна разлетается кучей щепок, а на руке появляется несколько новых порезов.

Вскоре, с видом змея искусителя (что было не так далеко от правды) Орочимару предложил мне опробовать его новые, недавно им разработанные растворы, которые частично снимают боль и укрепляют каналы чакры. Также, помимо этого у него есть препарат, который помогает быстрее развиваться мускулам, а заодно и укрепляет их, при всем при этом еще и улучшая мышечную память! Все это было произнесено таким елейным голосом, что сразу становился понятен истинный смысл этих слов: 'не согласишься - запихаю'. Впрочем, не знаю как, но я все-таки смог отказаться от таких 'заманчивых' предложений, из-за чего Орочимару ушел с загадочной ухмылкой на лице. А потом... потом он повысил сложность тренировок настолько, что к вечеру я не мог даже двигаться, не то что заниматься. Болело буквально все: даже волосы и ногти каким-то образом умудрялись доставлять мне массу 'приятных' ощущений. Стоит ли говорить, что вскоре мне пришлось согласиться на его предложение, даже несмотря на то, что задница (мозг был в глубоком нокауте) благим матом вопила о том, что ни к чему хорошему это не приведет. Но все же, выхода как такового у меня не было - Орыч поставил меня в такую ситуацию, что выбирать приходилось лишь из двух вариантов: либо я дохну на тренировках от немыслимых нагрузок, либо принимаю его чудо-растворы. Иного выбора мне, увы, не дали.

После того, как Орочимару начал каждое утро вкалывать мне свои препараты, дела сразу же пошли на лад. Хоть мое состояние особо и не улучшилось, но выносить тренировки стало заметно легче, да и боль в каналах стала по чуть-чуть утихать. Результат от приема химикатов стал виден спустя неделю - сила стала расти в геометрической прогрессии, а движения, показываемые наставником я мог повторить буквально через три-четыре попытки, чего не бывало ранее. Правда, жрать я стал за троих, чего тоже ранее не бывало, но это уже так, издержки производства.

Стремительный росчерк, и нижнюю часть бревна постегает та же участь. Прыжок, удар, удар, удар! Новый манекен жалобно скрипит под моими кулаками.

Спустя еще один месяц боль в каналах практически полностью оставила меня, и к этому моменту я наконец-таки смог нормально оценить свое нынешнее состояние. Самое очевидное - я стал гораздо сильнее. Мой удар в полную силу с утяжелителем и минимальным количеством чакры в руке разбивал в щепки тренировочное бревно. Все тело из-за постоянных нагрузок и ежедневного принятия препаратов покрылось кучей рельефно выступающих мышц, которые пусть и не сильно выделялись, но, тем не менее, были явно заметны. Скорость мне еще предстоит оценить после снятия утяжелителей, а вот прогресс в развитии системы циркуляции чакры был виден невооруженным взглядом. Судя по ощущениям, каналы чакры практически во всем теле стали заметно крупнее, в связи с чем я теперь мог спокойно оперировать гораздо большим объемом энергии за один раз, ведь пропускная способность каналов увеличилась как минимум вдвое. И, что самое главное, быстрее оперировать, ведь благодаря круглосуточному ношению стальных браслетов мой контроль в управлении чакры в собственном теле достиг немалых высот.