— Привет мэру Гарретту! — выкрикнул кто-то из зевак, и по толпе пролетел легкий шелест аплодисментов.

Крис открыл вход своим собственным ключом. Захлопнув за собой дверь, он некоторое время стоял неподвижно, привыкая к полутьме, царившей в захламленном помещении, и лишь потом двинулся в глубь склада. Рик копался в черных ящиках, стоявших на одной из тележек, Джефф работал с компьютером. Когда Крис оказался возле него, он поднял глаза и улыбнулся.

— Как тебе понравился тот маленький спектакль, который мы устроили вчера ночью?

Крис кивнул головой и уселся на противоположном краю стола.

— Бесподобно.

— Мы воссоздаем историю ледникового периода, — пошутил Рик.

— И все жаждут принять в этом участие. — Крис вытащил пачку телефонограмм и положил ее на стол. — Не меньше пятидесяти звонков только за сегодняшнее утро от тех, кто либо рвется взять у тебя интервью, либо собирается закупить твои мозги, либо хочет с твоей помощью спасти свой город в следующую очередь.

Джефф взял верхнюю телеграмму из пачки и, нахмурившись, прочитал ее.

— А с почтовых ящиков и веток деревьев свисают зонтики, как спелые груши. Все до одного горожане следят за тем, что ты делаешь. Уже никто не сомневается, что ты способен на чудо. — Тут Крис с несколько виноватым видом скривил губы. — И я серьезно опасаюсь за твою безопасность.

— О чем ты? — воззрился на него Джефф.

— Репортеры, — пояснил Крис. — Зеваки. Восхищенное население Долины Розы. Все они жаждут созерцать тебя.

— Ты просто обязан помочь мне, Крис. — Джефф со стоном откинулся на спинку стула. — Пожалуйста. Делай, что хочешь, только держи их от меня подальше. — Он отпихнул от себя пачку телефонограмм. — Кстати, ты не знаешь способа заставить твою бывшую супругу отцепиться от меня?

Крис вспомнил вчерашнее выступление Кармен по телевизору, выступление, в котором она впервые за последние годы вновь почувствовала себя звездой первой величины в студии «Новостей после девяти». Наблюдая за ее сиянием, Крис ощущал странную смесь облегчения и неудержимого веселья. Он почти забыл о том, что ее успех построен на благополучии человека, сидевшего сейчас за столом перед ним.

— Она мчится сейчас вперед на всех парусах, — сказал Крис. — Я, конечно, переговорю с ней, но сомневаюсь, что это ее остановит.

— Я боюсь, что она сподобится остановить меня. — Джефф встал и потянулся. — Мне нужен еще как минимум месяц. Если нет иного пути укрыться от прессы, я больше не выйду из склада, а за продуктами буду посылать Рика.

— Нет, — покачал головой Крис. — Я собираюсь поставить здесь охрану. — Он действительно принял такое решение сегодня рано утром. — В любом случае, пока вас здесь нет, ваше оборудование требует присмотра. — Крис извлек из нагрудного кармана маленький блокнот и раскрыл его на столе. — В чем вы еще нуждаетесь?

Джефф всматривался в карту, висевшую на задней стенке книжного шкафа.

— Смонтировав еще одну тележку, мы достигнем необходимой мощности.

— Это все? — Крис немного разочаровался. — Я-то думал, что вы едва-едва справились на пяти акрах с помощью двух.

— Рик, ты слышишь? — торжествующе улыбнулся Джефф.

— Лучше ты сам введи его в курс дела, — рассмеялся юноша в ответ.

Джефф поднял глаза от карты и взглянул на Криса.

— Вчера мы задействовали лишь около двух процентов нашей мощности, Крис. Так что проверь, оплачена ли твоя страховка от наводнения.

Когда ранним утром раздался стук в дверь, Миа сперва решила, что это Джефф. Сама она поднялась уже часа в четыре и занималась стиркой в тесном помещении душа, а потом немного поработала над скульптурой. Она поспешно обтерла руки об выпачканную в глине тряпку и как можно свободнее позволила топорщиться на груди полам ее голубого халата, надеясь, что сумеет скрыть отсутствие одной груди.

Однако, открыв дверь, Миа обнаружила у себя на крыльце вовсе не Джеффа, а Кармен. За ее плечами Миа успела заметить потрясающую красоту Шугабуша с ее выжженной солнцем землей, окрашенной в этот рассветный час всеми оттенками розовеющего пламени восхода, охватившего полнеба. На Кармен был надет ослепительно-белый брючный костюм, и солнце выкрасило в ярко-розовый цвет обращенную к нему часть ее лица. Какое-то мгновение Миа, как истинный художник, упивалась буйством красок, составлявшим несомненное «искушение».

— Пожалуйста, вы позволите мне войти на минутку? — спросила Кармен.

Миа машинально отступила назад, давая ей дорогу, и в тот же миг рука ее привычно поднялась к шее, прикрывая локтем левую сторону груди.

Кармен аккуратно прикрыла за собой дверь. Сквозь оконные стекла струился все тот же теплый нестерпимо розовый солнечный свет, который делал более контрастным тени у нее на лице и беззаботно переливался в волосах седой пряди. И все же, несмотря на это, нельзя было не восхититься красотой Кармен — безупречной красотой зрелой женщины. Отпечаток прожитых лет лишь подчеркивал экстраординарность ее внешности.