Коннор послушно уселся на пенек и замер. Спорить с русским он не собирался.

Рокотов отошел на десяток метров в сторону и осмотрел опушку леса, которую они только что миновали. Увиденное его явно удовлетворило; он достал моток капроновой нити и гранату и соорудил поперек заросшей просеки примитивную растяжку, соединив натянутой нитью два дерева.

Затем расшвырял пожухлые влажные листья у того ствола, где была привязана граната, оттянул пружинящую веточку куста, наклонился, прикидывая траекторию, и мстительно улыбнулся.

Когда через пять минут они тронулись в путь, листья лежали на прежнем месте, а в амуниции Влада отсутствовало помповое ружье.

На крутом пригорке русский с американцем остановились. Четверть часа Влад внимательно изучал местность, а потом протянул Коннору геодезический увеличитель.

— Смотри. Чуть левее холма с кривой сосной на вершине... От нас километра четыре...

Джесс послушно навел оптику.

По склону оврага, держа оружие наготове, цепочкой двигались сербские полицейские. Не менее двадцати человек.

— Вот так то, дружище, — Рокотов похлопал Коннора по плечу и отобрал подзорную трубу. — Начинается веселье... Идут они точно туда, где я тебя перехватил. Значит, нашли парашют... Ну что, готов мне поверить?

— Да, — тихо ответил Кудесник. — А ты мне?

— Посмотрим на твое поведение. А пока быстро отсюда уходим. Времени — час, чтобы забраться в шахту.

* * *

Последние несколько дней майор не находил себе места. Почти не спал, осунулся так, что выступили скулы, подолгу сидел в стороне, о чем то размышляя. Подчиненные с тревогой наблюдали за командиром, но никто не решался нарушить его уединение. Наиболее непочтительные поговаривали, что у него поехала крыша с того момента, как погибла группа, опрометчиво сунувшаяся в пещеру вслед за таинственным русским.

Отряд все же был вынужден принять подкрепление. Тридцать человек в камуфляже поступили в распоряжение майора, но тот ими почти не занимался, перепоручив новеньких молодому лейтенанту.

Один только проводник более менее понимал, что происходит. Майор не свихнулся, но сконцентрировался на одной единственной цели — вычислить маршрут врага и уничтожить в тот момент, когда он не подозревает об опасности. Как уничтожают медведя шатуна или тигра людоеда.

Враг был слишком хитер и не раз выскальзывал из расставленных сетей. Однако майор чувствовал, что решающий бой близок. Откуда произрастала эта уверенность, объяснить бы не взялся никто. Тем не менее каждый, кто избрал своей профессией войну, очень хорошо понимает такое состояние. И почти никогда не ошибается...

Известие о сбитом неподалеку американском самолете не застало отряд врасплох. Рано или поздно им должно было повезти.

Место приземления пилота поисковая группа обнаружила без труда, проводник даже ночью уверенно прошел по явственному следу, оставленному неподготовленным к скрытному передвижению летчиком. Но только до старой просеки.

Дальше начались непонятки.

Проводник остановил передовую группу и полчаса обшаривал кусты. Майор нетерпеливо курил, сидя на поваленном стволе. Солдаты рассредоточились в ожидании указаний, все недоумевали, что же такого странного обнаружил следопыт, прервавший преследование на середине.

Наконец проводник выбрался из под очередного куста и протянул майору обломки микросхем.

— Это еще что такое?

— Вероятнее всего, передатчик пилота.

— Зачем он его разбил? — удивился майор. Проводник посмотрел на командира долгим печальным взглядом.

— Это не он.

— Что?!

— Это не он, — повторил проводник. — А кто то посторонний. Пилота перехватили. Один человек... Сначала около полукилометра шел рядом, примерно в пятнадцати двадцати метрах сбоку, потом следы сходятся. Дальше они пошли вместе...

Майор потряс головой.

— Бред какой то... Ты не ошибся?

— Исключено. Можешь сам убедиться.

— Но в этом квадрате, кроме нас, никого нет! Ни армии, ни шептаров, никого! Откуда здесь человек?

— Не знаю.

Майор начал подниматься, сощурив глаза и сжимая кулаки.

— Постой, — проводник мягко взял его за рукав. — Этот русский тут ни при чем.

— Уверен? — майора трясло.

— На девяносто девять и девять десятых. Подозревать русского — это уже мания.

— Но одна сотая все же остается.

— Ты спокойно подумай — зачем ему летчик? Тем более американский. На его месте я бы штатовца пристрелил, а не тащил с собой... Нет, тут что то другое... По моему, нас подставляют.

Майор сбросил руку проводника и встал.

— Хватит! Собирай людей — и вперед. Соблюдать максимальную осторожность. Снайперам — удвоить внимание. Я не собираюсь больше терять людей.

Группа двинулась по следу.

На рассвете стало ясно, что погоня захлебнулась. Проводник честно вел маленький отряд, повторяя маршрут летчика и неизвестного, но те петляли столь искусно, что в результате запутали следопыта окончательно.