Я поднял глаза на свой этаж и заметил, как у матери по щеке катится слезинка. Она все поняла и еле заметно кивнула. Наши добрые, любимые мамы, как часто и много мы приносим горя в ваши любящие сердца, но только вам мы обязаны вечным участием и вечным прощением...

Я вытянул руку прямо перед собой и медленно разжал дрожащие пальцы...

Голубь взлетел не сразу. Секунды три-четыре он потоптался острыми коготками по моей детской ладони, но потом, видимо, осознав, что жив, спасен и свободен, пружинисто оттолкнулся от руки и, совершив низкий полукруг над моей головой, стремительно унесся в голубую бездну теплого июньского неба. Я выронил нож, закрыл руками лицо и разрыдался... К шести вечера температура у брата опустилась до 36,7. А в восемь вечера мы с ним уже вовсю «резались» в шашки...

Говорят, что души людей после смерти превращаются в птиц. Если это так, интересно, чья душа жила в том белом голубе?...