– Принято, - громовый голос бился об стены и людей, а вокруг четы правителей разлилось облако золотистого пламени, - боги будут помнить твою клятву Правительница!

Золотистое облако медленно рассеялось в воздухе, и тогда она обратила внимание как первые ряды медленно и уважительно склонились в глубочайшем поклоне. Ряд за рядом, городская знать ломала свои гордыню и свободолюбие, признавая в ней свидетельство величия богов.

– Боги благословили твое правление Правительница Эления, - трясущимся от волнения голосом произнес служитель. Руки служителя, державшие поднос с благовониями ходили ходуном, не часто этот мужчина сталкивался с подобными проявлениями божественной воли.

– Отмеченная богами...

– Эления...?

– Правительница...

– Да здравствует Правительница Таншера!!! Эления Веймардская - славься в веках!!! Славно Правление твое прекрасная Эления!!!

Кроме специальных людей, в зале здравницы кричало еще несколько умных торговцев и часть хорошо знакомых цеховых мастеров.

– "Нужно будет узнать, кто молчал".

– Сейчас в большой пиршественной зале будет дан свадебный пир, в честь бракосочетания Ингвара и Элении Веймардских. Прошу пройти всех в зал.

Городская аристократия дисциплинированно двинулась по дворцовым коридорам, мимоходом отметив, как незаметно за стеной панцирной пехоты куда-то исчезли Правители.

– Будут изменения...

– А я-то думал, с чего так озверели городские кланы, а вот оно что случилось.

– В большую силу вошла.

– ... поскорее преподнести дары от нашего цеха.

– Таншер уже не будет таким как раньше.

– Боги... когда такое было.

И лишь два десятка наиболее могущественных людей не делились своими планами и предположениями. Они думали о том, как обратить произошедшее здесь событие в свою пользу.

– А как же пир?

– "Создатель, как же я тебя хочу..."

– К демонам этот пир и этих людей, я хочу тебя прямо здесь, - Ингвар втолкнул ее в первую же попавшуюся комнату. Это оказалась пыльная спальня, в которой не было мебели, но зато в центре комнаты лежала куча старого и пыльного постельного белья.

Ингвар проявил выдумку и накрыл пыльную кучу своим шикарным богато расшитым плащом.

– Я не дотерплю до нашей спальни, - он прижал ее к себе и запустил нетерпеливые руки под платье, до ее слуха донеслись звуки рвущейся нежной ткани.

– "Бедные трусики..."

Муж нежно опустил ее на кучу тряпья, толкая ее животом на плащ.

– Ты можешь быть грубым да?

В голове бил набат желания и животной страсти.

– "Создатель он собирается взять меня сзади..."

Она чуть повернула голову, с нетерпением и страхом наблюдая, как он высвобождает от одежды возбужденное достоинство.

– Ах..., - она не смогла сдержать стона возбуждения, когда к ее ягодицам прижался горячий и пульсирующий кровью твердый ствол. Между ногами было уже мокро, девушка лежала, закрыв глаза и наслаждаясь ощущением трущейся между ног крайней плоти.

– Ой, - он вошел в нее совсем немного, она ощутила, как в нее проникла мягкая и мясистая часть любимого мужчины. Он остановился, давая ей возможность осознать его силу.

– "Какая же она тугая".

– Аааа...

Он вошел наполовину, ощущая по узам, как его жена испытывает смешанные чувства, это была боль и наслаждение одновременно.

– Не останавливайся, - нежный и нетерпеливый голос жены прорвал в нем плотину действий. Ингвар несколькими мощными толчками довершил проникновение, войдя в жену до самого основания своего достоинства.

Он остервенело двигался в ней, наслаждаясь откликом чувств и ощущений через узы, она не могла его обмануть, он знал что ей хорошо и это знание будило в нем зверя.

Комнату наполнили частые мокрые шлепки, жена текла под ним исходя соками страсти, уже почти не испытывая боли и страдания, и он перестал сдерживаться окончательно. Насаживая нежное тело на свое превосходство и силу. Воздух в помещение сгустился ароматами любви и страсти, а тела двух охваченных животной похотью людей блестели от пота.

Сколько длилось это безумие, никто из них так и не узнал. Она пришла в себя на пыльном полу, ощущая холод мраморных полов натертой мокрой спиной. Он лежал на ней, впечатывая ее тяжестью своего тела в холодную поверхность, а ее ноги крепко обхватывали его бока, скрещиваясь на пояснице. Между ног всего горело и сжималось, боли уже не было.

– "Регенерация да..."

– "Что это было, я была как кошка", - Элени прикоснулась губами к мокрой шее мужа, ощущая, как неторопливо и основательно двигается в ней любовный стержень. По всей видимости, муж тоже был все это время в отключке, и телами руководила лишь первобытная животная страсть.