Когда Акиса узнала, что это место предварительного заключения, она закричала, что за узника меня никогда не выдаст, что она порядочная джинния и будет всю жизнь чувствовать себя в ответе за глупую девушку, то есть меня, в данный момент волей небес сидящую у нее на шее. Короче, бизнесмены отпали напрочь...

— Хорошо, тогда выберу кого-нибудь из творческой интеллигенции, у них, писателей, художников, поэтов, обычно более спокойная жизнь...

— Этих бумагомарателей, бездельников и пьяниц?! Храни, Аллах, мою наивную работодательницу, ты и так лишил ее разума...

— Попрошу без оскорблений, творческие люди бывают разные! Вот, например, Терри Пратчетт — талантлив, умен, успешен. К тому же я его уже люблю! Правда, пока только как создателя «Плоского мира», но ведь я еще и не встречалась с ним лично. Конечно, он немолод. Но я бы с удовольствием ухаживала за ним в его глубокой старости как сиделка, а пока бесшумно подавала бы кофе, когда он за работой, лечила бы радикулит, натирая ему спину редькой и привязывая чеснок к нужным местам... Чеснок — он от всего, — знающе прибавила я.

Джинния скривилась, слушая все эти неожиданности, после чего заметила:

— Твоих желаний не поймешь, о противоречивая, твои потребности очень разнообразны. Но я, как и положено, слушаю и повинуюсь и напоминаю тебе, что мужа ты получишь сегодня, хотя бы он и был горшечник!

— Но куда такая спешка? — логично возмутилась я. — У меня еще два месяца каникул впереди. Что случилось сегодня утром, когда ты прилетела домой вся взъерошенная, как блудный попугай?

Вместо ответа джинния поспешно вскочила на ноги и начала командовать:

— Ты все допила? Тогда поднимайся, мы отправляемся... Куда ты там пожелала сначала?

— А мне здесь нравится, почему бы тут, на Гаити, кого-нибудь не присмотреть? Вокруг много привлекательных мужчин. Например, тот мулат за соседним столиком, которого увезли на «скорой», был оч-чень даже симпатичным... пока не начал синеть. Пжалста, мне еще коктейля! Дв-ва раза!

Джинния, поразмыслив, согласилась, прикинула мое состояние и силой вытащила меня из-за стола.

Мы гуляли по Сан-Педро-де-Макорис, пока я не протрезвела. Ох и длинное же название у этого городка! Мы очаровывали встречных парней своими экзотическими костюмами, пили кофе, ели местные сладости и в целом классно проводили время в абсолютном безделье!

Найда стряхнула сон и, радуясь жизни, носилась вокруг, насколько позволяла длина поводка и короткая лапа. К моему удивлению, она даже флиртовала с местными собаками, которые были намного мельче ее и на прощанье окидывали грустным и откровенным взором ее пушистые, но, к сожалению, слишком длинные ноги...

Здорово, я была так благодарна Акисе, что она вытащила меня за границу, да еще и на далекий, почти сказочный для меня остров Гаити. Здесь радовало все: люди, пальмы, солнце, море и даже жара! Но особенно — море! А кстати, на пляже мы еще не были, я видела его только с балкона противного де ла Аренды, тогда-то он и раскрыл себя. Фу, даже гадко вспомнить... Но побывать на Гаити и хотя бы разок не окунуться в Карибское море?! Да, моя жадность до новых впечатлений росла на глазах...

Джинния только успевала делано ворчать и возмущаться:

— Я не вижу здесь ни одного достойного мужа, смотри, как неподобающе они одеты для благочестивых мусульман!

Большинство мужчин действительно были в коротких шортах, а то и в одних плавках, видно, что прямо с пляжа, по которому я уже тосковать начала.

— Пойдем на море! Все равно тут одни туристы и католики.

— Католики? Не годятся в мужья, ибо неискушенны в любви. А кто эти женщины в одинаковых серых платьях и платках?

— Это всего лишь монашки, не знаю только, какого ордена, и местных можно не спрашивать, они, как правило, сами не знают. Ну, давай на море?

— Служительницы Аллаха, или как они его называют, Господа, и не закрывают лиц?! Поистине, это верх неприличия и греха!

Что-то на нашу джиннию сегодня напало... Обычно она не особо зациклена на религии.

— Слушай, пойдем на пляж! Там наверняка окажется какой-нибудь достойный претендент, на Гаити отдыхают преуспевающие мужчины со всего мира, — попыталась схитрить я. — Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

— Что за пляж?

— Место на берегу моря, где все загорают и купаются.

Акиса поджала губки, ее разобрало любопытство. В глазах уже читался оттенок легкого злорадства, она наверняка представляла, каким вместилищем разврата окажется этот пляж, и ей не терпелось самой увидеть и на месте поразиться грехопадению людишек. Если бы в тот момент знать, как нелогично могут повернуться ее мысли...

— Посмотрим на твой пляж, о любознательная! Любознательная, значит? Ой-ой, кто бы говорил...