— Спасибо, — поблагодарила я и прижалась к парню.

— Готова навестить Эву? — спросил Лирен.

— Почти. Мне обувь не выдали, — вздохнула я. — Кто-нибудь может сходить в общежитие и принести мне ее?

— Сейчас принесу, — парень отошел от меня. — Думаю, что тебе просто забыли ее выдать.

Когда дверь за Лиреном закрылась, друг выразительно на меня посмотрел, намека на то, что сразу не рассказала боевику, почему мои волосы укоротились.

— Наир, я позже ему все объясню. Пока хочу просто Эву навестить. — вздохнула и села на кровать. — Сначала надо разобраться во всем.

— Ты не думаешь, что такой талантливый стихийник как Лирен может помочь?

— Я боюсь, — призналась другу. — Ведь это так необычно — возможность обмениваться энергией без ритуалов и амулетов, тем более между разными по Стихии людьми.

Как только дверь открылась, я замолчала и выразительно посмотрела на водника, взглядом прося ничего не говорить Лирену.

— Я же говорил, что просто забыли выдать. Это твои? — весело спросил воздушник и протянул мне сапожки из коричневой кожи без каблучка.

— Да, — улыбнулась и забрала свою обувь.

Обувшись, надела плащ и уже направилась к двери.

— Ну что? Пошли, — весело позвала парней.

Наир хмуро на меня посмотрел. Понятно, он недоволен тем, что я сразу же не поведала обо всем Лирену. Но лучше сначала самой во всем разобраться, а потом уже рассказывать.

Мне пришлось немного подождать парней на первом этаже, потому что они пошли за своими плащами. Надолго оставлять меня одну никто не собирался. Как только мы вышли из Дома Целителей, я и Лирен направились к сияющему бежевым порталу перехода, а Наир пошел к своему 'персиковому созданию'.

Столичное здание Дома Целителей было не в пример больше, чем в студенческом городке. Да и вся территория утопала в зелени даже сейчас, в холодную пору. Поддерживается сад благодаря ведьмам, земным стихийникам и друидам, а так же огненным и воздушным магам, которые создали над ним полог, который не пропускал мороз.

Пройдя через главные двери, которые как ни странно были сделаны из серого камня с голубыми прожилками, мы попали в огромный холл, в оформлении которого преобладали все те же серо — голубые и синие цвета. Вот в нашем Доме Целителей лучше, там больше теплой коричнево — бежевой гаммы.

Нам на встречу уже спешила сиделка. Молодая девушка, судя по фартуку с большим количеством кармашков, это ведьма — молоденькая, хорошенькая. Приблизившись к нам, игриво стрельнула черными глазками в сторону Лирена, повернулась ко мне и слегка поклонилась:

— Здравствуйте. Чем могу помочь молодой леди и господину?

— Легких дней, — улыбнулся девушке Лирен и посмотрел на меня — не ревную ли, — у Вас должна поправлять свое здоровье наша подруга. Ее зовут Эва.

— Да, Эва Расургам, — дополнила я, демонстративно не смотря на воздушника и придав лицу наиболее доброжелательное выражение.

Лицо ведьмы посерело, и она как-то странно посмотрела на меня. Потом еще раз на Лирена, но на этот раз с некой тревогой. Видимо увидев что-то в его глазах, кивнула и повернулась к нам спиной, позвала:

— Прошу следовать за мной.

Мы пошли следом, но эта заминка не давала мне покоя. Что-то странное тут происходит, судя по реакции девушки. Откуда этот страх?

Поднявшись по лестнице на третий этаж, мы пошли вдоль все по такому же серо — голубому коридору. От таких цветов только зябко становится, а еще как-то одиноко и холодно на душе. В этот момент Лирен отпустил мою руку и положил ее мне на талию, тем самым придвигая еще ближе к себе. Подняв голову, увидела его улыбку. Она была какой-то особенно ласковой и нежной, а еще ободряющей. Я вопросительно посмотрела на воздушника, давая понять, что мне крайне интересно такое его поведение. Но в этот момент мы пришли к двери в комнату Эвы. Ведьма, поклонившись нам еще раз, повернулась и открыла дверь.

Когда мы зашли в комнату, мои ноги вмиг перестали меня слушаться. От шока я чуть не села на пол, благо Лирен поддержал за талию. Теперь понятно, почему он так сейчас меня обнял. Я же закрыла рукой рот, чтобы не расплакаться, но вот слезы удержать не удалось.

— Эвочка, — всхлипнула и пошла к ней. — Бедненькая моя.

Подруга улыбнулась мне исцарапанными губами и в тот же момент скривилась от боли. Под правым глазом наливался фиолетовым цветом синяк. Все лицо в царапинах и ссадинах, а одна, судя по всему очень глубокая, рана, проходила по виску с левой стороны. Ее красивые, когда-то пепельные, а теперь серые из-за пыли, волосы были неровно обрезаны, и в них застыла сгустками кровь. На шее видна синяя полоса от удавки. На ключице так же есть кровавые следы от какого-то кинжала. Дальше рассмотреть я не могла, потому что тело подруги закрывало голубое льняное платье. На руки так же было страшно смотреть — посиневшие ногти, ранки, которые уже покрылись корочкой застывшей крови, и покрытые кровоподтеками фиолетово — бурые следы от веревок на запястьях.

Я стояла, смотрела на нее и понимала, что пусть только мне дадут добраться до сумасшедшей, которая сделала с моей подругой ТАКОЕ! Лично эту тварь размажу тонким слоем по стене, только перед этим заставлю ее пройти все то, что прошла Эва. Тут на глазах подруги появились слезы и, скользнув по щекам, прочертили влажные следы.

— Тшшш, — прошептала я и уже хотела прикоснуться к ней, как поняла, что могу причинить ей боль.

— Как ты? — подойдя и прижимая меня к своей груди, спросил Лирен.