Ученые подсчитали, что в таком состоянии их планета долго находиться не будет.

Когда полюса полностью исчезнут, то есть покроются хотя бы тонким слоем воды, деятельность планеты будет прекращена.

Нарушится светоизотермическое обеспечение и начнут разрушаться все, еще существующие межпланетные связи, что сдвинет саму планету с, так называемой, орбиты, и она понесется пространством в невесть каком направлении.

Время от времени, планета содрогалась от толчков и даже в некоторых местах выбрасывала на поверхность воды массу горячего потока лавы, тут же образующего новые горы, превосходящие глубину воды.

Случались порою и ураганы, нагоняющие огромные волны и заставляющие людей находиться где-то внизу под водой.

Шли, как и прежде, дожди, а небо озарялось различными цветовыми оттенками.

– Это уходящий от нас магнетизм, - со вздохом говорили люди, указывая те самые места, где возникали такие природные явления.

И это, действительно, было так. Планета как бы теряла в своем весе за счет многообложения водой и уже не создавала прежнюю суть традиционно межпланетных системных связей.

Солнцетепло не иссякало, но светопроводность значительно уменьшилась.

Это давало возможность "привязной" структуре одной небольшой планеты уменьшить свою работоспособность и значительно сократить подачу дополнительно обогащенного энерготепла в виде электромагнитных волн от единиц светопотока.

В общем, жизнь как бы потихоньку угасала на планете, заставляя умосущества работать еще более рьяно и усердно во благо ознаменования своих же жизней.

Небольшие достижения давали уверенность, что им удастся вырваться из этого водного плена и осуществить свою мечту в поиске иной планеты с прочно состоящей основой существования.

Но пока это оставалось только мечтой, а будни заставляли любоваться стайками рыб, проплывающих мимо окна, и усердно упражняться в каком-либо виде труда, сотворяющего благо любому другому, от которого придет благо уже самому себе.

Такова очень непростая и, на первый взгляд, почти невероятная жизнь тех, кто претерпел на себе катастрофу природного существования и остается в пределах досягаемости полного исчезновения.

Как выход - они нашли общую цель.

Именно она их объединила и дала силу восторжествовать над злым умыслом самой природы.

Но пока это тождество возлагается только в виде духа, окрепшего в беде и познавшего боль каких-то общих утрат.

Далее придет и настоящий успех, и та же цивилизация сумеет добиться необходимого, дабы в последующем создать нечто схожее с уже былым, но вне всякого порока природного вида катаклизма.

Такова основная цель деятельности ума. Природа должна быть подвластна его силе и подчиняться закону, опущенному именно им, а не самой природой.

Во всякой практической жизни есть элемент целесообразности. У каждой единицы он свой.

Найти и понять это - дело каждого ума.

Привязав к себе какую-то постоянную обязанность, можно сохранить себя в числе многих таких же, которые обоснуют свое на почве того же и с той же целью.

Таково общее заключение по всему делу "подводному" и в целом по теме иносуществующих видов цивилизаций.

То же относится и к виду земному. Пока еще не поздно обусловить рамки всяческих состояний и пока есть исходная величина существования материковых основ.

Жизнь в стране омара очень трудоемка и слишком уж насыщена разнодеятельностью по своему спасению, что земному уму просто не под силу на день настоящий.

Но зато ему под силу решить общую целевую задачу, пока вода не достигла уровня глаз любого или вовсе не скрыла всех под собой, создавая условия для скорейшего исчезновения и прозябания до нескончаемости границ существа Земли.

Не хотелось бы, чтобы планету наводнил синдром Венедикта, а именно так называлось то, что уже происходило когда-то и оставило свой след только под водой.

В этом кратком описании мало сказано о самой жизни. Но, что можно сказать о ней, если она происходит под опекой воды, которая завсегда подчиняла себе умосущество и заставляла стенать под силой напора.

Какова может быть жизнь, если существо, созданное на суше и предназначенное на ней же существовать, находится вне ее и вынуждено откровенна терпеть бедствие.