Ланнинг пошатнулся, но удержал равновесие и, преодолевая головокружение, занялся оставшимися двумя гигантами. Выпад, удар, поворот, ложный выпад… В башню никто не пройдет.

Краешком глаза он видел, как Зорана повернулась и, насмешливо улыбаясь, шагнула навстречу Барри Халлорану. Рыжеволосый гигант поднял винтовку, готовый штыком пронзить грудь противника; «Бей!» — крикнул он уже в который раз, но вдруг замолчал и медленно опустил оружие. Выражение ярости на залитом кровью лице сменилось благоговейным восхищением.

— Боже, — прошептал он, — я не могу…

Воительница ослепительно улыбнулась, тряхнула черными перьями на шлеме и кинулась вперед. Молнией сверкнуло золотое лезвие, вонзаясь в незащищенную грудь.

Ланнинг пронзил наконец штыком панцирь одного из монстров, увернулся от удара золотого топора и снова бросился в атаку. Теперь у него оставался только один противник.

Но глаза его были прикованы к Барри и Зоране. Воительница грациозно наклонилась над упавшим, выдернула из раны золотой клинок и обтерла его ладонью. Кровь Барри капала с изящных пальцев королевы. Злобно улыбаясь, она послала поверженному противнику воздушный поцелуй.

Фонтан темной крови хлынул из пронзенного сердца Барри. Восхищение на его лице сменилось гримасой боли и ненависти. Он потянулся за винтовкой, но ослабевшие пальцы не смогли ее удержать. Огромные, потемневшие от боли глаза уставились прямо на Ланнинга. Это был взгляд испуганного ребенка.

— Денни, — прошептал Барри Халлоран, — убей ее.

Ланнинг слишком поздно вспомнил о своем противнике. Золотой топор стремительно опускался. Единственное, что Ланнинг успевал сделать, — это завершить собственный выпад. Удар золотого лезвия пришелся плашмя, погрузив Ланнинга в пучину черной боли.

Но тело его продолжало двигаться в заученном ритме. Удар, поворот, рывок… Наконец оба врага рухнули на пол. Последнее, что успел подумать Ланнинг перед тем, как потерять сознание, было: «Я не могу бросить Уила! Если Зорана убьет его и заберет магнит, Джонбар будет потерян навсегда».

Ланнинг очнулся и с трудом встал. Голова отчаянно кружилась, перед глазами все плыло, в затылке пульсировала страшная боль, но он не имел права поддаваться слабости. Лао Меньшан и Барри Халлоран лежали мертвыми среди поверженных гигантов. Зораны на палубе уже не было, а голос ее доносился сверху, из башни:

— …долго, Уил Маклан. Благодарю тебя за участие в охоте! Помнишь, когда-то я обещала тебе свой меч…

Последовал приглушенный вопль и взрыв звонкого смеха. Зорана не ведала жалости.

— Не исключено, что ты всегда мог уничтожить меня, Уил Маклан. Мог, но не хотел. Я же знаю, почему ты прилетел тогда в Гирончи! А те, что действительно пытались уничтожить меня, добились не большего успеха, чем мотыльки, силящиеся загасить пламя своими слабыми крылышками.

— Это мы еще посмотрим, Зорана, — пробормотал Ланнинг. — Я отомщу тебе за Барри…

Шатаясь и покачиваясь, он двинулся к башне. Руки и ноги были как ватные, голова раскалывалась от боли, глаза застилала кровавая дымка. Движение затрудняла даже его собственная одежда, жесткая от засохшей крови.

Денни подобрал свою винтовку, зашел в башню и стал карабкаться вверх по лестнице в рубку. В уши снова ударил громкий голос Зораны:

— Ты глупец, Уил Маклан. Зачем ты привел ко мне всех этих людишек? Благодаря тебе мы проникли в тайны времени, а гирайн помог нам победить смерть. Сидя в раковине Времени, я осмотрела все будущее в поисках часа своей смерти. Теперь я знаю — нет такой опасности, которой я не смогла бы избежать. Пусть я последняя в своем роду — я буду править вечно!

Ланнинг выбрался на площадку и увидел Маклана, лежавшего на полу в луже крови. Калека тщетно пытался подняться, упираясь руками в пол. Глаза его, полные беспомощной ненависти, были устремлены на лицо Зораны. Серебряная трубочка, свисавшая с шеи, почти касалась поверхности темной лужи.

Зорана улыбалась. Красные капли срывались с лезвия ее обнаженного меча, оттеняя золото клинка и алый блеск облегающей кольчуги. Но вот Воительница услышала движение у себя за спиной и повернулась, чтобы встретить врага лицом к лицу. При виде Ланнинга она явно оживилась — зеленые глаза вспыхнули ликующим блеском.

— Ба, да это Денни! Хочешь выиграть там, где все другие потерпели неудачу?

Золотистый клинок со звоном ударился о сталь штыка, так сильно, что искры полетели.

Зорана была почти такого же роста, как Ланнинг, но, в отличие от него, обладала поистине кошачьей стремительностью. Алая кольчуга облегала все изгибы ее соблазнительного тела, высокая грудь вздымалась в такт учащенному дыханию. Раздувая широкие ноздри, Зорана, как пантера, бросилась на врага.

Ланнинг парировал удар и сделал осторожный выпад. Зорана ушла в сторону. Штык лишь скользнул по алой кольчуге, а золотой клинок болезненно хлестнул Ланнинга по плечу.