Я протянул руку…

…И внезапно оцепенел, не в силах даже пальцем шевельнуть. Невидимая преграда выросла между мной и мозгом Малгарта. Я почувствовал, что лечу куда-то. Огромные механизмы, которые я только что видел перед собой, стали расплываться и меркнуть. Только женщина из Камня оставалась реальной в этом исчезающем мире.

— Ну же! — выдохнула она. — Сейчас или никогда! Он уже открыл Зеркало…

Я поборол инерцию и с трудом просунул руку сквозь густеющую завесу. Пальцы мои сомкнулись вокруг светлого пятнышка, сжались…

Гигантский мозг содрогнулся. Пурпурная жидкость, в которой он плавал, начала быстро темнеть.

— Мы пропали, — вздохнула женщина рядом со мной. — Зеркало…

Все вокруг — и черный мозг, и чудовищное металлическое тело Малгарта, и огромный зал с колоннами — все это стало призрачным и далеким. С каждым мигом они уносились все дальше от нас, как будто гонимые могучим порывом ветра. Еще несколько мгновений, и мы остались одни в черной пустоте.

Но даже тут еще были слышны вопли Малгарта. Правда, голос его с каждым мигом становился все слабее и неразборчивее, а паузы между словами — все длиннее.

— Все мои знания — все напрасно… Как я мог не понять такой простой вещи! Дефектная трубка в системе питания… Камень знал… О ужас! Они мертвы, Бари и Камень, их уже не вернуть из глубин Зеркала… Но я… Тот, кто мог бы жить вечно… умираю…

Затем пропал и этот голос. Нас окружали пустота и безмолвие. А то, что я поначалу принял за ветер, было на самом деле действием черного Зеркала Малгарта. И двигались в нем мы, а вовсе не черный зал. Кто знает, что ждет нас в конце пути…

Но даже несясь в черной бездне Зеркала, я все равно был счастлив. Женщина, державшая меня за руку, сказала радостно:

— Дело сделано, Бари! Этого момента мы ждали миллион лет. Малгарт мертв!

Дона ободряюще стиснула мою ладонь в своей маленькой ручке, а потом, казалось, расслабилась. Я повернул голову, чтобы посмотреть на нее, и увидел, что она снова становится призрачной, бестелесной.

— Прощай, Бари, — прошептала она. — Прощай, любовь моя!

— Дона, не оставляй меня! — в ужасе закричал я. — Если ты уйдешь, что же тогда останется? Я не могу один… здесь…

Призрак почти растворился, но его слабый голос, голос моей любимой, еще был слышен:

— Я должна уйти, Бари. И я рада, что ухожу, после стольких лет томительного ожидания. Даже Камень не бессмертен, Бари. Есть еще одна тайна… Разгадка ее лежит лишь по ту сторону завесы смерти. Надеюсь, что там мы обретем с тобой все то, чего так и не достигли наши воплощения…

Я тщетно пытался удержать ускользающую тень.

— Но Дона! Малгарт сказал, что оттуда, куда нас забросит Зеркало, нет возврата…

— Малгарт мертв! — ответил призрак чуть слышно. — Он умер прежде, чем успел выбросить нас за пределы Вселенной. Теперь Зеркалом управляют неороботы, а они слишком прекрасны, чтобы быть злыми. Теперь, когда им не надо больше подчиняться Малгарту, они сами хотят стать людям друзьями. Они уважают своих создателей и благодарны им за уничтожение тирана. Вместе две расы сумеют достичь просто немыслимого величия. Неороботы контролируют Зеркало. Они не позволят нам пропасть в иной Вселенной.

— Но если они наши друзья, что стало с остальными?

Я сгорал от любопытства и на мгновение даже позабыл о своих тревогах.

— Как там Верел и Кел? Они живы? Или уже слишком поздно…

— Неороботы сумели спасти их, — ответил призрак. — Кел Аран и Верел станут лидерами нового человечества — тех, кто еще уцелел. А сейчас они оплакивают тебя, Бари.

— А остальные двое?

— И они живы, — прошелестела пустота голосом Доны. — Неороботы сумели использовать энергию Зеркала, чтобы вернуть их обратно. Они пока не могут говорить о том, что видели. Инженер молча жует свою жвачку, а кок пытается склянчить у кого-нибудь выпивку.

Шепот умолк, и я остался один в бездонной черноте. В отчаянии я принялся звать свою возлюбленную, называя ее то Доной, то Дондарой, пока в последний раз не услышал ее голос:

— Прощай, Бари. Я больше ничего не вижу и не могу говорить. Даже Камень смертен. Эту дорогу каждый из нас должен пройти в одиночестве. Но я буду ждать тебя там, по ту сторону завесы. Я буду ждать, Бари!

Она снова умолкла, на этот раз — навсегда. И почти сразу рассеялась та кромешная тьма, в которой мы до сих пор оставались. Я оглянулся вокруг и обнаружил, что стою посреди какой-то незнакомой комнаты.

От удивления у меня перехватило дыхание. Шатаясь, я добрел до кресла и плюхнулся в него, забыв о боли в раздавленном роботами теле.

Судя по обстановке комнаты, я попал в свою родную эпоху, более того — в свою страну! Даже книги на полках были моими старыми знакомыми, а над письменным столом висел календарь на октябрь тысяча девятьсот тридцать восьмого года. Каким-то непостижимым образом Зеркало Малгарта отбросило меня обратно на двенадцать тысяч столетий!

В руке, за которую меня держала Тень Камня, я сжимал огромный бриллиант — судя по всему, сам Камень.