Серега обожал этот город, часто ездил туда по делам, а Гелька, так уж получилось, всю жизнь мечтала попасть в Питер, но не была там ни разу. Вот и рванули. Гелька, захлебываясь от счастья, в двух словах пыталась рассказать Кире по телефону, как ей все тут нравится: и город, и люди, и мосты, и дома, и Финский залив, на который они посмотрели одним глазком, и даже погода.

Саша никак не мог приткнуть их машину возле знакомого подъезда: весь двор был забит автомобилями. Найдя узкую лазейку, с трудом втиснул туда «Форд», достал из багажника объемистый пакет с подарками Ковалевым и их с Кирой взносом в праздничный стол, пошел вслед за женой к подъезду.

У Ковалевых было как всегда уютно, весело, шумно, вкусно. Наевшись до отвала, принялись рассматривать фотографии. Снимков было море, и чтобы пересмотреть их все под восторженные комментарии путешественников, понадобилось больше часа.

Кира, увлеченная фотографиями, едой, разговорами, краем сознания отмечала, что чего-то не хватает. Но никак не могла сообразить, чего именно. Они уже пили чай с тортом, когда Кира поняла, в чем дело.

— Геля, а где Мишка с Филей? — вскричала она.

— Кто такие? Почему не знаю? — немедленно откликнулся Серега, хищно поглядывая на торт и примериваясь к очередному куску.

—Как кто? Коты!

— Коты?! Ну, ты даешь, мать! — хохотнул Серега. — Нам только котов и не хватает! Мало мне Гельки с Борькой, хомяков, рыб и черепахи!

Сережа решил, что Кира пошутила. Но сама она уже поняла, что провалилась в очередную дыру. Все всё знают, кроме нее. Саша немного покраснел. Наверное, ему стало неловко за жену.

Геля по вытянувшемуся лицу подруги поняла, что происходит что-то не то, и среагировала мгновенно. В руках у нее была большая ваза с фруктами и она, ни секунды не раздумывая, выпустила ее из рук. Яблоки, груши, апельсины и мандарины яркими разноцветными шарами, подпрыгивая, покатились по комнате. Геля заахала, запричитала, все кинулись помогать ей. Странная фраза Киры была забыта и похоронена в общей суматохе.

Минут через десять Гелька позвала Киру помочь ей на кухне с посудой. Плотно притворив за собой дверь, она повернулась к подруге и заявила:

— Сейчас же говори, в чем дело? Что с тобой происходит?

— Ты о чем? — Кира попыталась придать лицу удивленное выражение.

Но Гелю было не провести.

— Сама знаешь! Видела бы ты свое лицо, когда Сережа сказал, что нет у нас никаких котов! Еще раз спрашиваю: что случилось? Говори сейчас же!

Под ее напором Кира сломалась. На самом деле ей давно требовалось с кем-то поделиться. А с кем, если не с Гелькой?

— Мне и вправду надо тебе кое-что рассказать, — промямлила Кира, — только это в двух словах не объяснишь. И кто-нибудь обязательно войдет.

— Хорошо, тогда завтра! Скажем мужикам, что нам надо… — Геля на секунду задумалась, — купить мне костюм.

Назавтра, отговорившись от Саши Гелькиным воображаемым костюмом, Кира сидела в маленьком кафе и ждала подругу. Та прибежала на пять минут позже, с размаху плюхнулась на стул напротив Киры и сразу ринулась с места в карьер:

— Что у тебя случилось?

— Привет!

— Да привет, привет, — как обычно, отмахнулась от формальностей Геля.

— Я нам заказала кофе и пирожные. «Картошку». Будешь?

— Буду, куда денусь? Не уходи от темы! Всю ночь не спала, голову ломала!

Кира вздохнула и уныло посмотрела на подругу:

— Я и сама-то… Геля, по-моему, я чокнулась. Мне постоянно кажется то, чего на самом деле нет!

— У тебя что… галлюцинации? — похолодела Гелька.

— Да вроде нет! Не знаю, как объяснить… Мои знания о мире отличаются... Черт, как сказать, чтоб ты поняла!

— Погоди, не нервничай. Рассказывай по порядку. Когда это началось?

Кира сцепила руки в замок и стала монотонно пересказывать Гельке все, что с ней случилось в последнее время. Начала с туфель, закончила котами. Им давно принесли пирожные, но обе этого не заметили. «Капучино» остывал в нарядных белых чашках с золотистым узором.

— Вот как-то так. Что скажешь? Что я все выдумываю?

Геля подняла на Киру глаза, помолчала немного и произнесла с расстановкой:

— Нет, Кир. Такое не выдумаешь. Я бы очень хотела ошибаться, но…

Она, видимо, боялась поделиться своими предположениями. Схватила ложку, повертела ее в руках, снова швырнула на стол, перевела дух и выпалила:

— Ты не думала, что у тебя что-то с мозгом?

Кира внезапно вспомнила, что Гелька — медик.

— Считаешь, у меня опухоль? — слабым голосом проговорила она.

Этого-то Кира и опасалась. Упорно гнала от себя страшную мысль, но та прочно обосновалась на задворках ее сознания и время от времени давала о себе знать.

— Вообще-то симптомы не слишком похожи, — быстро проговорила Геля, стараясь успокоить подругу, — у тебя ведь голова не болит? Не кружится?