Ну а потом нужно будет работать как вполне обычному магу, то есть использовать щиты и прочие отводящие и защищающие плетения.

Что и предложил сделать кластер, привязав автоматическую генерацию нескольких защитных конструктов к перегрузке моего менто-информационного поля. Это должно было защитить меня как от энергетического перенасыщения, способного выжечь мне всю ментальную структуру, так и меня самого от разного рода магических атак и воздействий.

Я, конечно же, согласился на столь нужное предложение.

Однако его пришлось пока отложить. Во-первых, не была закончена система внешней циркуляции ментоэнергии. И во-вторых, не были доступны схемы предложенных кластером конструктов. В серверной базе знаний они проходили под грифом ограниченного доступа, но он обещал, скопировав локально полностью всю базу знаний, разобраться со всеми доступами и получить возможность работать с закрытой пока информацией.

Все эти мысли пролетели в моей голове мгновенно, и я увидел ожидающий моего вопроса взгляд корнола.

Поэтому я спросил его о том, что хотел узнать еще, когда он очнулся.

– А о том звере, что напал на нас сейчас, ты ничего не слышал? Просто у него слишком уж необычные свойства, чтобы о нем не просочилось какой-нибудь информации.

– Я, честно говоря, и не увидел ничего особенного. Сильной ментальной атакой обладают многие обитатели Леса. Под твое внешнее описание подпадает пара животных, но они не достигают таких размеров и не живут под землей. Даже не знаю. Может, есть еще какая-то особенность, на которую ты обратил внимание?
– спросил он у меня.

«Черт, как же я забыл», - отругал себя я.

Я же забыл рассказать о том, почему нападение твари оказалось настолько неожиданным для нас.

– Да, есть еще одно, - ответил я Лениавесу, - не знаю важно это или нет, но это существо совершенно невидимо магически. Будто у него вообще нет ауры. Хотя ранив его, я понял, что это обычное животное, и его магические способности и аура, находятся внутри него и скрыты его уникальной шкурой.

Лениавес опять задумался, а потом ответил.

– Я слышал о чем-то подобном, но это было лишь мельком и очень давно. Я сейчас даже не могу вспомнить при каких обстоятельствах у меня оказалась эта информации. Но, по крайней мере, я точно помню, что именно о животном с такими магическими свойствами и шла речь.

– Это раланг, - вдруг раздался из-за спины корнола голос девушки.

Я, если честно, уже давно почувствовал, что она полностью пришла в себя, да и Диагност мне вовремя сообщил об этом. Но мне не хотелось привлекать к этому внимания.

«Пусть полежит и оклемается немного», - решил я.

И сейчас Эрея сама решила напомнить о себе.

– Как ты?
– сразу спросил я у нее.

– Да, вроде неплохо, - честно ответила девушка, - такое ощущение, что со мной поработал неплохой лекарь.

– Ну, молодой организм и не на такое способен, - сказал я ей, не говорить же, что это я лечил ее и корнола. Тем более ее лечением я занимался дважды.

– Странно, - как-то подозрительно посмотрев в мою сторону и перекинувшись взглядом с оборотнем, девушка поднялась со своего места и подсела поближе к нам.

– Даже голова не кружиться, - в удивлении добавила она.

И посмотрев на меня, уже прямо спросила.

– Ты ничего не хочешь сейчас рассказать?

– Да не очень, - честно ответил я ей.

– Ладно, - как-то даже было странно, что она так спокойно отнеслась к моему прямому отказу. Раньше Эрея реагировала более импульсивно на подобные отговорки.

Похоже, девушка стала свыкаться с тем, что если я не захочу, то и рассказывать ничего не буду.

Лениавес то это понял давным-давно, и перестал задавать мне всякие вопросы насчет моего прошлого или моих способностей и умений. Ну, знаю, умею и хорошо.

– Так что за раланг?
– спросил у нее корнол, чтобы как-то разрядить обстановку и отвлечь девушку от щекотливой ситуации.

– Странно, что вы не помните, - удивленно проговорила девушка, обращаясь к корнолу на высоком эльфаре, - ведь о подопечных моего деда вы знаете.

Видимо последняя фраза девушки разбудила цепочку воспоминаний корнола.

– Все, я вспомнил, при каких обстоятельствах слышал об этом животном, - ответил он и замкнулся в себе, похоже, не собираясь продолжать последующего разговора, пока, по крайней мере.

Я же сидел и думал о том, что же это должны быть за подопечные, которые вызывали у него такую бурю чувств.