Холодна, свободна, и очень сексуальна. Никто бы не догадался, что я хандрила несколько дней, и поддерживала свой вес тела с помощью Ben & Jerry's (прим. пер. рекламная марка лакомств)

Звучит дверной звонок.

Дерьмо. Вот он.

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь собраться.

Просто поговори с ним. Следуй такому плану.

Я пересекаю холл и распахиваю дверь. Там стоит Эш, выглядя горячее, чем сам ад, в паре темных джинсов и повседневной белой рубашке на пуговицах. Блин. Я игнорирую шок от похоти, который стреляет через мое тело, и смотрю на него испепеляющим взглядом.

– Тебе лучше иметь чертовски хорошее объяснение…

Я даже не успеваю закончить, прежде чем Эш обеими руками хватает мое лицо и толкает меня внутрь напротив стены, целует меня сильно, горячо и грязно.

Черт.

Я даже не могу сопротивляться, нужно… Но не могу. Мой мозг кричит мне отстраниться, но мое тело совершенно потрясённое. Его запах, его отличительный лосьон после бритья; прикосновение рук, крепко удерживающие меня; его тело, жесткое и сильное, прижимающее меня. И его рот.

Боже, его рот.

Эш врывается в мои открытые губы и погружает свой язык глубоко внутрь моего рта. Он гладит мой язык, глубже жарче, чем все в мире. Его руки движутся по моим волосам, запутываясь, туго сжимая; блуждая по моей спине, сжимая мою попку и притягивая к себе. Он придавливает меня, и контур его толстого члена зарываются в мои бедра, делая меня слабой от похоти.

О Боже, я мог утонуть в нем. Раздеться догола и накрыть себя им, прямо перед открытой дверью, где все желающие могли бы видеть.

Мне плевать. Я бы взяла каждый сантиметр его члена, и кричала от огромного удовольствия. Я бы оседлала его, и черт с ним, похоронила бы его глубоко внутри.

Его. Всего его. Сейчас.

Нет.

Я нахожу в себе силы и отталкиваю его. Эш отступает, его глаза темнеют от похоти.

– Я ждал три года, чтобы сделать это, - рычит он, хватая воздух.

Голова кружится. Колени слабеют. Я борюсь, чтобы удерживать контроль.
– Ты не можешь просто сделать это! – всхлипываю я, пребывая в ярости на себя за то, что сдалась ему.
– Я дала тебе шанс объясниться, но я не могу... я не могу думать, когда ты целуешь меня так.

Или прикасаешься ко мне. Или даже просто смотришь на меня, взъерошенный голодом, как будто хочешь днями трахать меня.

Я вспыхиваю, мысленно возвращаясь обратно, к себе лежащей на кровати отеля, с завязанными глазами и Эшем, зарывающимся между моих бедер. Его язык кружит по моему клитору, пальцы глубоко и быстро вбиваются в меня.

О Боже.

Я поворачиваюсь к нему спиной и ищу в квартире безопасное место, чтобы поговорить.

– Давай поговорим на балконе, - решаю я, хватая свой стакан. Я открываю раздвижные стеклянные двери и выхожу на узкую террасу. Там находится столик со стульями и открывается вид на оживленную улицу ниже.

Это не точно, но я надеюсь, что общественное мнение будет держать мою голову в здравом рассудке, чтобы противостоять ему.

Если бы он трахнул тебя здесь тоже. Перегнул через перила и взял тебя сзади, глубоко толкаясь, потирая твой клитор пока ты не кончишь жестко и быстро...

Я делаю глоток виски и давлюсь.

– Ты в порядке? – спрашивает Эш.

– Отлично! – вскрикиваю я, восстановившись. Какого черта со мной происходит? Я сажусь в одно из кресел и скрещиваю руки на груди.

– Ты пришел сюда поговорить, ну так говори.

Эш медленно садится напротив меня. Теперь никуда не деться от его магнетического присутствия, и электричество потрескивает вокруг нас, когда я заставляю себя встретиться с ним глазами.

Они обжигают меня, изучают, обнажают. Теперь, когда я успокаиваюсь, я вижу, что у него под глазами тени и на его точеной челюсти двухдневная щетина. Для человека, который всегда выглядит безукоризненно, это многого значит.

Ему тоже больно.

Хорошо.

– Как ты, Джей Джей?
– спрашивает он мягко.

Я дрожу, слыша свое старое прозвище, такое знакомое на его губах.
– Я в порядке, - заставляю себя сделать широкую фальшивую улыбку. – Просто я сейчас наслаждаюсь городом и потом, полечу домой. Спасибо за мою победу, они не могут дождаться моего возвращения к работе. Возможно, я получу повышение, - добавляю я.

– Я рад, - говорит Эш.
– Ты это заслужила.

У меня скручивает живот. Почему он должен быть таким хорошим, когда проигрывал?