— Как это?

— Прикидываешь вес камня, думаешь, что внутри него та же сила, что в кольцах и в браслетах — и бросаешь.

— Думать? И этого достаточно?

— Если поверишь, — ровно и насмешливо ответил Джарри, не боясь, что услышат вопящие дети.

И Селена швырнула камень, почти согретый в ладони за время разговора. Швырнула, метя в предпоследнюю лунку. И — присела от грохота, а дети шарахнулись к дому. Наученная опытом военных фильмов, которые любили смотреть родители, Селена нисколько не сомневалась, что взрыв произошёл, оттого что она попала камнем как минимум в мину. И затаилась, выжидая, когда вот-вот в воздух от взрыва поднимется земля!.. И в тишине рычащий голос «тролля» прокомментировал:

— Слишком хорошо поверила.

Вернулись притихшие — к ужину. А до появления детей на кухне Селена спросила:

— Джарри, а как ты предполагаешь искать детей в пригороде и городском кольце? Я даже примерно не представляю, как и с чего начать поиски.

— Попробуй за ужином разговорить Мику, — посоветовал маг.

Размеренное течение общей трапезы то и дело прерывалось воспоминаниями детей об играх и взрыве, который пока не закрепился за авторством Селены. Слушая детей и машинально наматывая на палец прядь волос, девушка раздумывала, с чего бы начать допрос мальчишки-вампира. И зацепилась за его фразу:

— А я однажды разбил окно — так, как хотел, а влезть не смог. А мне показалось, что там была почти нетронутая квартира. Но разбил я хорошо! Одним броском.

— А если бы кто-нибудь услышал? — спросила Селена. — Ты не боялся, что однажды тебя услышат?

— А чего бояться? — удивился мальчишка. — Я же маленький, подвалов не боюсь. Услышал что не так — раз, и в подвал.

— А если Ночные Убийцы?

— Ну, они же Ночные!

— А тебе не хотелось примкнуть к какой-нибудь… компании? Дети ведь тоже наверняка в том городском кольце есть?

— Есть. Я целых две банды знаю! — хвастливо сказал мальчишка. — И все — около того моста, который мы переходили. Но мне там не нравится.

— То есть ты был там? У них?

— Нет, я подсматривал. У тех, что слева от моста, командует взрослый. Он только командует — и ничего сам не делает. У него иногда ребята пропадали. Я слышал. Но зато он места знал, куда их посылать. У него было бы не голодно, но мне не понравилось, что он сам никуда…

— А ты убил бы его и сам бы бандой стал! — крикнула Ирма. Колин добродушно толкнул её в плечо.

— Не-ет. Не стал бы. Меня б за него самого убили. У него там ребят больше, чем двадцать. А я только до двадцати считаю.

— А вторая банда? — сама заинтересовалась девушка. — Почему ты туда не захотел?

— Они какие-то… странные: только-только были — а смотришь: уже нет.

— Как это?

— Ну… — Мика явно затруднялся объяснить виденное. — Они как птицы. Только что были на дороге — и смылись. С концами.

— И там точно взрослых нет?

— Нет.

— А кто ими руководит? Ведь если они сразу вместе пропадают, значит, их организовали! Или здесь тоже взрослый?

— Нет, какое там — взрослый. У них тут и маленькие есть, меньше меня даже. Даже видел, как на руках таскают. Но даже с ними смываются: раз — и нет их.

Селена почувствовала, как от волнения разгорелись её щёки. Захотят ли такие… организованные, попасть в защищённое место? Ведь если начинать собирать бездомных детей, то уж лучше, чем эта… банда, ничего не придумывается. И, если судить по времени, прошедшему с начала войны, — два года, то одиноких детишек, наподобие мальчишки-вампира, вряд ли много осталось в опасной зоне вокруг города… И она горячо захотела обернуться к Джарри — обсудить немедленно услышанное!

Но пришлось зевающих детей прогнать по постелям, причём Мике было предложено эту ночь снова попытаться поспать в комнате волчат, потому что девушка решила попробовать сегодняшним вечером в качестве снотворного сказку на ночь.

Мика признал, что это что-то необычное, и принёс свою постель из комнаты, в которой остался мешок с машинными деталями. Часом ранее девушка попросила Джарри проверить содержимое мальчишеского мешка, не опасно ли оно для окружающих. Маг, вернувшись, доложил, что ничего страшного в мешке нет. А то, что было страшным, мальчишка сумел примагичить с помощью примитивной магии. Когда Селена с сомнением спросила, как понимать такое, Джарри объяснил:

— Иногда душа техники притягивается эмоциями её обладателя. Бывает, что предмет может служить безупречно, а может — часто ломаться. Но, как ни странно, при появлении мастера, который к нему и не притронется, он мгновенно начинает работать. Это и называется примагичить эмоциями. У мальчишки в мешке — чужеродные нашему государству предметы. Те самые, которые были одушевлены. Но — это только детали. А они настолько примитивны, что привязываются к своему хозяину, если он о них всего лишь заботится. Не знаю, почему собрал такие детали Мика. Может, потому что он маленький и ему нравится таскать в дом игрушки серьёзные. Может, его что-то притягивает в них — глубинные пласты взаимоотношений этих деталей и их маленького хозяина я пока не проверял. Но один твёрдый факт есть: все эти детали воспринимают Мику, как кот воспринимает хозяина, который кормит его и лелеет.