Спать. Мне ужасно захотелось спать. Я закрыла глаза. Лучше от этого не стало – кружащиеся фигуры никуда не исчезли. Более того, мне тут же вспомнился холодный и в то же время вкрадчивый голос, который я слышала, стоя возле ямы. Голос, убеждавший меня посмотреть… На что посмотреть? На призрак? На зеркало?

Я была очень рада, что не знаю этого.

– Паршиво себя чувствуешь? – мягко спросил кто-то.

– Да. Есть немного…

Потом меня словно что-то толкнуло изнутри, и я открыла глаза. Дверь по-прежнему была закрыта. С кухни доносились голоса Локвуда и Джорджа.

На потолке мерцало, вращаясь, зеленоватое пятно света.

– Теперь ты непременно заметишь меня.

Это был низкий, едва слышный шепот. Враждебный, но знакомый. Однажды я уже слышала его.

Я медленно подняла голову и взглянула на кофейный столик, осветившийся сейчас изумрудным призрачным светом. Вещество в банке булькало и пузырилось, как кипящая вода в кастрюле, а верхний слой плазмы сложился в искривленное лицо с носом картошкой, кончик которого был сильно прижат к сделанной из серебряного стекла стенке. Глава призрака злобно блестели, безгубый рот нетерпеливо жевал и ухмылялся.

– Ты, – сказала я. В горле у меня пересохло так, что я едва могла говорить.

– Не самое любезное обращение, которое я когда-либо слышал, – сказал голос, – но, по крайней мере, точное. Да, это я. Никак не могу этого отрицать.

Я поднялась на ноги, тяжело и часто дыша, торжествуя и ликуя в душе. Все-таки я оказалась права! В банке действительно сидел призрак Третьего типа! В полной мере обладающий сознанием и способный общаться с людьми. Но здесь, в комнате, не было сейчас ни Локвуда, ни Джорджа, а я должна показать, должна каким-то образом доказать им, что это Третий тип. Я двинулась к двери.

– О, не вмешивай ты их в это, – с болезненной интонацией прошептал голос. – Пусть это останется только между нами, между мной и тобой.

Эти слова заставили меня остановиться. В последний раз череп снизошел до разговора со мной семь месяцев назад. Я ничуть не сомневалась, что выйди я сейчас за дверь – и призрак вновь замолчит, замкнется в себе. Я сглотнула, стараясь не прислушиваться к тому, как бешено барабанит сердце.

– Хорошо, – хрипло сказала я, впервые за это время посмотрев прямо в зеленоватое лицо призрака. – Я готова пойти тебе навстречу. Но и ты в таком случае ответь для начала на несколько моих вопросов. Итак, кто ты? Почему ты говоришь со мной?

– Что я такое? – Лицо треснуло, его половинки разошлись в стороны, обнажив привинченный к дну банки коричневатый череп. – Да вот что я такое. Можешь полюбоваться. Между прочим, такая же судьба и тебя ожидает, – прошипел голос.

– Ой, как страшно, – фыркнула я. – Снова пугаешь, как в прошлый раз? Как ты тогда сказал: «Смерть приближается» – так вроде? Ну и что? Я, как видишь, жива, а ты по-прежнему всего лишь пара ложек зеленой светящейся слизи, которая плавает в банке. Грош цена твоим предсказаниям, приятель.

Половинки лица снова сомкнулись – так сдвигаются дверцы лифта. Лицо опять стало целым и укоризненно посмотрело на меня. Этот укоризненный взгляд выглядел очень забавно и гротескно, потому что половинки лица соединились не совсем симметрично.

– Я разочарован, – прошептал призрак. – Ты невнимательно слушала меня. «Смерть в Жизни и Жизнь в Смерти», вот что я сказал. Проблема в том, что ты глупа, Люси. Глупа и слепа. Ты не видишь доказательств моим словам, а они между тем окружают тебя повсюду.

Издалека, с кухни, до меня долетел звон посуды. Я облизнула пересохшие губы:

– Не нахожу смысла в твоей дешевой трескучей болтовне.

– Тебе нужно, чтобы я нарисовал картинку? – простонал голос. – Открой свои глаза и уши! Включи свои мозги, девочка! Никто другой этого сделать просто не сможет. К тому же ты одна.

Я тряхнула головой, чтобы прочистить свои мозги. Попробовала увидеть себя со стороны – вот я стою, руки в бока, и спорю с зеленым лицом в банке. Картина!

– Неправда, – сказала я. – Я не одна. У меня есть друзья.

– Кто? Этот жирный Джордж твой друг? Или обманщик Локвуд? – Лицо сморщилось в усмешке. – О, потрясающе. Какая команда, какая компания!

– Обманщик?.. – До этой минуты в голосе призрака было что-то гипнотизирующее, его невозможно было не слышать, ему трудно было не верить. Но сейчас в нем прозвучало столько злорадства, что я отшатнулась.

– Ну-ну, стоит ли так возмущаться? – прошептал голос. – Локвуд скрытный, лживый мошенник, и ты знаешь, что это так.

Это было так абсурдно, так нелепо, что я рассмеялась.