Часть первокурсников отсеивалась в первые же недели, потому что самозванные хранители традиций не делали никаких скидок на физическое или душевное здоровье. Одна из жертв, студент, больной астмой, был признан виновным в неподчинении и приговорен к утоплению.

Наказание осуществлялось в туалете общежития. Четверо сильных старшекурсников схватили жертву и сунули головой в унитаз; присутствовали два пятикурсника с медицинского факультета, которые во время наказания должны были измерять пульс жертвы, но они не учли астму, и утопление едва не стало реальностью. Только лихорадочные усилия начинающих врачей и внутривенная инъекция стимулирующего средства заставили сердце забиться снова; парень на следующий день покинул университет и, как и другие, больше в него не возвращался.

Манфред, несмотря на свои рост, фигуру и красоту, что делало его естественной мишенью, смог сдержать гнев и укоротить язык. Он стоически выдерживал самые наглые провокации, пока на второй неделе пыток к доске в общей комнате общежития не прикрепили записку:

«В субботу, в 4 часа дня, все «пупы» должны явиться в университетский спортзал для отбора в боксерскую команду.

Подписано:

Рольф Стандер, капитан команды боксеров».

В каждом университетском общежитии процветал тот или иной вид спорта; при одном было поле для регби, в другом стадион и беговые дорожки. Но спортом «Rust en Vrede» был бокс. Именно это, а также то, что когда-то в эту команду входил дядя Тромп, в первую очередь и побудило Манфреда поселиться в этом общежитии.

По той же причине интерес к турниру первокурсников был гораздо выше, чем ожидал Манфред. Собралось не менее трехсот зрителей, и к тому времени, как Манфред и все прочие «пупы» появились в спортзале, все места вокруг ринга были заняты. Новичков под командованием старшекурсников провели в раздевалку и дали пять минут на то, чтобы переодеться в теннисные туфли, шорты и нательные фуфайки. Потом выстроили у шкафчиков по росту.

Рольф Стандер прошелся вдоль ряда, заглядывая в список и намечая партнеров. Было очевидно, что в минувшие недели он их изучал и оценивал их потенциал. Манфред, самый высокий и крепкий из первокурсников, стоял в конце ряда, и Рольф Стандер наконец остановился перед ним.

– Вот самый громкий и вонючий пук, – объявил он и замолчал, разглядывая Манфреда. – Твой вес, пуп?

– Этот пуп – полутяж, сэр, – и Рольф слегка сощурился. Он уже выделил Манфреда как самого перспективного, и теперь технический термин подбодрил его.

– Ты боксировал раньше, пуп? – спросил он и поморщился, услышав разочаровывающий ответ:

– Этот пуп никогда не участвовал в матче, сэр, но имеет некоторую практику.

– Хорошо! У меня тяжелый вес. Но тут никто не может драться с тобой на ринге, так что я проведу несколько раундов, если ты обещаешь не очень меня бить.

Рольф Стандер был капитаном университетской команды, чемпионом Южной Африки среди любителей и самым перспективным кандидатом на поездку в Берлин на Олимпийские игры 1936 года. Шутка вышла забавная, и все подобострастно рассмеялись. Даже Рольф не сдержал улыбки после своей нелепой просьбы о милосердии.

– Ну, хорошо, начнем с «мухачей», – продолжил он и повел всех в зал.

Первокурсников усадили на самую дальнюю скамью, откуда ринг был едва виден, а Рольф и его помощники, все члены боксерской команды, надели на первых испытуемых перчатки и повели по проходу на ринг.

Манфред тем временем понял, что в первом ряду зрителей кто-то пытается привлечь его внимание. Он оглянулся на дежурных старшекурсников, но те смотрели на ринг, и Манфред впервые смог прямо посмотреть на человека в толпе.

Он забыл, как красива Сара, или за недели с их последней встречи она расцвела. Глаза ее сверкали, щеки возбужденно горели, она махала кружевным платком и радостно окликала его.

Он сохранил невозмутимое выражение, но еле заметно подмигнул, и она обеими руками послала ему воздушный поцелуй и села рядом с монументальной фигурой дяди Тромпа.

«Они пришли оба!» Это знание невероятно подбодрило его; до этой минуты он не понимал, как одиноко ему было в последние недели. Дядя Тромп повернул голову и улыбнулся ему, его белые зубы сверкнули в черной с проседью бороде; потом он снова повернулся лицом к рингу.

Начался первый бой; два проворных маленьких боксера легчайшего веса обменивались градом ударов, но один был заметно слабее, и вскоре на ткани заалела кровь. Рольф Стандер остановил бой во втором раунде и похлопал проигравшего по спине.

– Молодчина! Проиграть не стыдно.

Последовали другие бои, все очень живые, боксеры старались изо всех сил, но, за исключением одного перспективного боксера среднего веса, все были неловкими и необученными. Наконец на скамье остался только Манфред.

– Отлично, пуп! – Старшекурсник завязал ему перчатки и сказал: – Посмотрим, на что ты способен.

Манфред сбросил с плеч полотенце, встал, и тут со стороны раздевалки на ринг вышел Рольф Стандер. Теперь на нем была темно-бордовая фуфайка и штаны с вышитым золотом листом – эмблемой университета; на ногах дорогие кожаные ботинки со шнуровкой до щиколоток. Он поднял обе руки в перчатках, останавливая свист и приветствия.