— Они их не сдержат, — в отчаянии сказал Вейни, оперевшись на них головой и руками. Он взглянул на Моргейн и увидел, что на ее лице, измученном и бледном, написано то же самое.

— Если они нас еще не атакуют, — сказала она, — то лишь по одной причине — ждут подхода остальных. Они собираются обрушиться на нас с двух сторон и раздавить. А если мы не отвратим их нападение на сам Нихмин, то в конце концов они смогут разбить и его ворота. Вейни, у нас нет выбора. Но мы не удержим это место.

— Те, которые сейчас внизу, вцепятся нам в пятки прежде, чем мы успеем подняться наверх.

— Так что, нам сидеть здесь и умирать? Я еду.

— Разве я сказал, что я — нет? Я с вами.

— Тогда — на коней. Темнеет, мы не можем терять ни минуты.

— Вы не должны ехать, размахивая этим мечом. Он вас убьет. Дайте его пока мне.

— Я буду нести его, пока смогу, — произнесла она хриплым голосом. — Но я не буду применять его возле Нихмина, потому что при этом существует опасность, которую можно и не почувствовать — существует предел близости. Ошибка может погубить нас. Если тебе потом придется нести его — берегись обнажать его вблизи алмазов. А если кто разбудит силу, дремлющую в крепости, я надеюсь, ты вовремя это почувствуешь. Вырвавшись на свободу, она способна смести здесь все вокруг.

Она слабо оттолкнулась от ворот, шатаясь, двинулась к Сиптаху и взяла поводья. — Будь возле меня.

Остальные забрались на коней, усталые, намеренные отправиться с ними. Моргейн оглянулась и не сказала ничего. Только на Роха она глядела долго и твердо. Несомненно, на уме у нее был только Нихмин — и в этом Рох был с нею заодно.

Рох отвел взгляд и еще раз осмотрел хрупкую баррикаду. Звуки приближения орды становились ближе. Враг подошел уже к подножию холма.

— Я попытаюсь какое-то время удержать их, — сказал он. — По крайней мере, они не успеют догнать вас. Это увеличит ваши шансы.

Вейни взглянул на Моргейн, надеясь, что она возразит, но она лишь медленно кивнула.

— Да, — сказала она. — Ты сможешь сделать это.

— Кузен, — сказал Вейни, — не надо. Ты не успеешь спастись.

Рох покачал головой. В глазах его была решимость.

— Ты прав, но я не хочу уходить отсюда, пока здесь от меня есть хоть малейшая польза. Кроме того, ты недооцениваешь меня, нхи Вейни.

Вейни с болью в сердце обнял его, затем повернулся и забрался в седло.

Сизар внезапно выкрикнул предупреждение — шум приближающейся орды доносился не только снизу, но и сверху, какие-то войска приближались к ним с другой стороны. На ногах оставались только Перрин и Виз, оперевшись на свои луки.

— Здесь слишком много работы для одного лучника, — сказала Перрин. — Троих может быть достаточно, чтобы заставить их призадуматься. Кроме того, если кто-нибудь нас обойдет, мы сможем прикрыть Роха.

— Вы позволите нам это, лорд? — спросила Виз, и Мерир наклонился и взял руку в перчатке для стрельбы из лука.

— Да, — сказал он, — всем троим.

Вейни последовал за Моргейн, слишком глубоко погруженный в свою печаль, чтобы смотреть на остальных. Проблем у них хватало: Леллин и Сизар по-прежнему были безоружны, с ними была маленькая эрхе, окровавленная, едва державшаяся в седле, но ехавшая наравне с Мериром. Только у Шарна и Кессан были луки — единственные двое вооруженных.

— Как далеко? — спросила Моргейн эрхе. — Сколько поворотов до Рога? Сколько отсюда до самой крепости Нихмин?

— Три до Темного Рога, потом еще… четыре, пять — я не помню точно, леди. — Голос эрхе был едва слышен. — Я была здесь только однажды.

Они двигались по тесному ущелью, скалы высились по обе стороны от них. Наконец они в полутьме приблизились к пологому темному отрезку пути.

— Засада, — пробормотал Вейни. Моргейн уже потянулась за Подменышем.

Сверху внезапно посыпались камни, кони в ужасе заржали. Подменыш рассек воздух и взвыл, затягивая то, что падало сверху, в узкий холодный вихрь. Грохот перешел в стон: единственный камень, который долетел до них, изменил направление над самыми их головами и умчался куда-то в сторону. По телу Вейни под доспехами струился пот.

Сиптах перешел на бег. Они двигались вперед под градом стрел, но нависающий утес и ветер Подменыша защищали их от гибели.

Но когда они выехали за поворот и предстали перед своими врагами, стрелы полетели прямо в них. Моргейн повернула меч, и он заставил поток стрел умчаться в ничто, и ветер засосал нескольких неосторожных, приблизившихся на опасное расстояние. Против них стояли люди с деревянными копьями, и Моргейн прошлась вихрем по их рядам, после чего повсюду остались лежащие тела и разбросанное оружие, а уцелевшие с визгом рассеялись во тьме.

Шию охватила паника. Они ударились в бегство, помчались по дороге, и к ним Моргейн не испытывала жалости. Она преследовала их, и на пути ее не оставалось трупов.

За поворотом их ждала тьма, они оказались в тени Темного Рога, уходящего в небо, и перед ними открылось широкое пространство, шириною в полет стрелы, на котором скопились вражеские силы.

Внезапно Кессан закричал: враги устроили камнепад, отрезая им путь к отступлению.

Колдовской меч и простая сталь — они вступили в противоборство, и Моргейн пришлось прижаться к скале Рога. Эти шию не обратились в бегство. Они кричали «Анхаран!", узнав Моргейн, и голоса их были сиплыми от ярости. Они наступали, размахивая булавами и пиками, демонические шлемы с одной стороны и серая масса болотников с другой.