— И мне, — попросил Гедымин, не глядя вытащив потрепанную жестяную кружку с погнутым краем.

В другое время я не промолчала бы, но иметь дело с вампиром с каждой минутой хотелось все меньше. Пусть будет так, как ему хочется, ведь от меня не убудет.

Чай с бергамотом окутал нас теплым терпким ароматом. Я смотрела в окно, на мелькающие в утреннем свете столбы электропередач, попутчик беспрестанно помешивал чай и читал свое письмо. Изредка я косилась в его сторону, но ни цветов на макушке, ни здоровенных ушей на Гедымине не произрастало — как и положено, с вампира магия любой сложности скатывалась, словно вода.

У меня был выбор: лечь спать или придумать себе какое-то занятие. Я долго рылась в чемодане, получив передышку. Вампир не мог видеть моего лица, а значит, и следить за реакцией.

Собираясь в дорогу, я вместо вороха одежды набросала много разных вещей, в необходимости которых теперь начала сомневаться. Так зачем-то сунула в карман вместе с расческой и булавками потрепанную колоду карт. Бабушка уж точно не станет со мной играть. Перебрав остальные предметы, я со вздохом принялась раскладывать пасьянс на одеяле, на середине начиная снова и снова.

Гедымин дочитал последнюю страницу и откинулся на перегородку, прикрыв веки. Так попутчик сидел довольно долго, зажав смятые листы в руках. Он то хмурился, то чему-то с горечью улыбался. А потом, словно что-то решив, вздохнул спокойнее и допил остывший чай, посматривая вперед на купе проводницы.

Вампирья магия способна пробивать стены и порабощать умы обычных людей, не удивительно, что женщина появилась через считанные секунды, словно парень позвал ее вслух. Не произнеся ни слова, Гедымин лишь посмотрел проводнице прямо в глаза, мгновенно создавая контакт. Она вздрогнула, кивнула и сонно пробормотала:

— Я сообщу заранее, когда будет ваша остановка.

— Прекрасно. Еще чаю и бутербродов?

Я моргнула от неожиданности, увидев перед собой в мгновение изменившегося вампира. Напряжение и злоба словно рассеялись, сменившись умиротворением. И это пугало еще больше, чем суровый прежний вид. Замешательство все же не взяло надо мной верх, и я уверенно кивнула.

Проводница широко и как-то излишне счастливо улыбнулась и отправилась к себе.

— Обаяния слишком много, — фыркнула я.

Вампир хмыкнул и пожал плечами:

— Я мало контактирую с людьми. Возможно, ты права.

Переход на другой уровень общения у него получился таким естественным, словно мы уже несколько часов разговаривали. Я попыталась заглянуть в себя, но не нашла ни влияния, ни раздражения.

Проводница с все той же идиотской улыбкой притащила поднос с бутербродами и чай в стаканах с подстаканниками. Даже свежий лимон на маленьком блюдце уютно устроился в центре композиции, исходя соком под тонким слоем сахара.

— Сыграем? — вампир кивнул на карты и откусил половину бутерброда.

Я пожала плечами. Гедымин собрал карты и небрежно их перетасовал. Не сговариваясь, мы подумали об одной и той же игре, козырем под колоду легла бубновая дама и мы отгородились веерами.

— Ты на нее похожа, — кивнул на картинку вампир. — Тоже рыжее облако волос, зеленые глаза и алые щеки.

На его слова я только фыркнула:

— Всего лишь еще одна рыжая ведьмочка в семье. И неудачница.

— Неудачница? — хмыкнул вампир и выставил мне две шестерки.

— Двадцать одно поколение женщин в моей семье имели дипломы настоящих ведьм, а меня даже не зачислили, — вынужденно призналась я.

— Нет таланта? — безапелляционно предположил Гедымин, и я расхохоталась. Он спросил серьезно, хотя уверенно противостоял моим попыткам увидеть карты насквозь.

— Скорее… просто невезучая, — отмахнулась я. Обсуждать и дальше свои успехи мне не хотелось, да и как мне может помочь какой-то странный вампир, выбравший в качестве транспорта поезд?

— Расскажи, — настойчиво попросил сосед и обаятельно улыбнулся.

Будь я обычной девушкой, то уже давно бы растаяла от счастья, но мне повезло родиться ведьмой, а это лучшее противоядие от таких улыбок. Хотя пробирало, надо отдать должное вампиру, до костей.

— Сам ведь должен знать, что каждому из нас по окончании школы в ответ на запрос приходит приглашение, но я свое так и не получила, — сухо изложила я события прошлой весны.

Зачем какому-то вампиру знать, как я мучилась и всех измучила тогда?

— А я ведь старалась, специально готовила большую практическую работу по изучению редких ядов.