Клайд осторожно открыл папку и его взгляд опустился на бумаги. Алекс видел, как Коннорс напрягся, когда его глаза пробежались по напечатанному тексту. Он прекрасно знал, что человек, сидящий перед ним, испугался ни на шутку, хотя и стойко держался, старясь ничем себя не выдать.

– Ты продавал мои разработки нашим конкурентам, - Алекс смотрел ему прямо в глаза и сам ещё не до конца мог поверить в то, что узнал. – Ты получал деньги за то, что предавал свою компанию. Всех нас.

– Это ничего не доказывает, - Клайд резко захлопнул папку и швырнул её на стол. – Всё это просто полная бессмыслица и кроме этих сфабрикованных документов у тебя абсолютно ничего на меня нет.

Алекс не мог не заметить, как прежняя уверенность Коннорса таяла с каждой минутой.

Но этот сукин сын ещё отлично держался.

– Они подлинные. В этих бумагах нет ни капли вранья.

– Ты сам-то хоть читал это? – Он словно пытался его поддеть.

– Я просмотрел эти записи до дыр. Вникал в них всю ночь. И всё пытался понять, как тот, кому мы все доверили свои жизни, мог так легко взять и предать нас.

– От начала и до конца, - сквозь зубы проговорил его босс, подавшись вперед, - от первой и до последней буквы, все это простая фикция, в которой нет ни крупицы здравого смысла.

– Ты срубал миллионы, - спокойно ответил Алекс на его немой вопрос. – На твои счета капали баснословные суммы. И мне кажется, в этом кроется весьма понятный мотив всех твоих поступков.

– Это бред, который ты не сможешь доказать.

– Как ты мог так поступать? – Алекс словно не слышал его.
– Эту компанию основал ещё твой дед, он вложил в неё все свои силы, поднимал её самых низов, делал ей имя, завоевывал репутацию, а ты просто взял и в одночасье разрушил многие годы его труда.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, и мне не нравится, когда меня необоснованно в чем-то обвиняют, - его голос стал немного тверже, - а особенно в том, что я якобы уничтожил дело своего деда.

– Но ты действительно это сделал. И именно в это мне труднее всего поверить.

– Чушь, - Коннорс откинулся на спинку стула и замотал головой. – Ты разве не видишь, что меня пытаются подставить?

– Клайд, прошу тебя, не начинай…

– Ну конечно же, – Он даже подскочил, когда понял, что за светлая мысль только что посетила его голову, - теперь мне стало всё понятно! Конкуренты, я уверен, что всё это провернули наши конкуренты. Это, - он ткнул пальцем в папку, - просто их способ слить нас с рынка. Настроить тебя против меня и убрать сильную компанию с дороги. Засранцы, - задумчиво проговорил Коннорс, - они уже давно это задумали.

Брови Алекса удивленно взлетели вверх.

– Ты так шутишь или в серьез думаешь, что я поверю в эту сказку про серого волка?

– Алекс, ты только подумай, насколько им это выгодно! Они порочат мою репутацию, соответственно компанию ожидает полный крах, настраивают самого талантливого архитектора против его босса, и вуаля, они получают почти что мировое господство. На это могла пойти только одна фирма. Я знаю, кто это провернул, - Коннорс стукнул ладонью по столу, - «Саймон и сыновья»!

– Пол Саймон? Да он и мухи не обидит.

– Зато его сынок может попросту прихлопнуть любое насекомое, которое перейдет ему дорогу.

Алекса уже начинало порядком бесить поведение Коннорса, и он из последних сил сжимал кулаки, чтобы не вспылить и не испортить весь план.

– Мы в хороших отношениях с Саймонами, не думаю, что стоит втягивать их в проблемы, которые ты сам же и создал.

– И ты с ними заодно, да? – Он утвердительно закивал головой, словно ответ на его вопрос итак был вполне очевиден.
– Решил сместить меня с поста. Занять мое место. Что, положение простого рядового сотрудника тебя уже не устаивало? Захотел славы, денег, статуса?

– Ну хватит, - усмехнулся Алекс, поднимаясь с места, - я довольно долго играл с тобой в игрушки, Клайд, теперь пришло время серьезно ответить за свои поступки.

– Пошел вон, - прохрипел Коннорс. – Сейчас же. Повторять не стану.

– Не горячись, Клайд, - сочувственно отозвался Алекс, - я слышал это очень вредно для кожи лица.

Мышцы на лице Коннорса тут же напряглись, и он плотно стиснул челюсть.

– У тебя есть возможность уйти по доброй воле, не повязав на своем хвосте целую вереницу проблем. Но возможность только одна. И только сейчас.