В ней так туго. Немного разводит пальцы, начинает медленное движение внутри... горячая, влажная. Два других, не менее умелых пальца, играют на точке запуска во вселенную. И её тело отзывается на каждое их движение дрожью и стонами. Каждый из них готов молиться вслух, чувствуя отчаянную пульсацию в члене. Они не сдержатся, если она ещё раз застонет, ещё раз заёрзает задом. Им нужно в неё. Сейчас. Всегда. Но сначала её увести за грань. Губы одного отрываются от груди вычерчивают влажными поцелуями свой путь вниз. И девушка вздрагивает, когда его губы смыкаются на её клиторе. Знать, что ты первый так касаешься её, сносит мозг и тебе, и ей. Потребовалось всего несколько движений языка, и Фурия забилась в их руках в судороге. И громкий полустон-полукрик, пойманный другими губами. Сдерживаться сил не осталось, и тот, чьи губы словили её крик, отстранил голову брата и прижался горячим членом ко входу. Брат сменил его, продолжая прерванный поцелуй. Хотел войти медленно и нежно, но когда её тело само подалось ему на встречу, насаживаясь на головку, самоконтроль рухнул. Одно резкое движение, сильный рывок, и он внутри. Её громкий вскрик, и подзатыльник от брата были ему наградой. Не двигался, осознавая: первый. Действительно, первый, слизень залижи! И сделал ей больно.

– Больно?
– доносится шёпот брата, сквозь ревущую в ушах кровь.

– Когда зуб выбили, было больнее, - её тихий, смеющийся голос.

– Остановиться?
– вновь голос брата, и сердце замерло в ожидании ответа, а член нетерпеливо дёрнулся внутри, протестуя.

– Нет, просто медленнее.
– голос её запустил сердце в бешенном ритме.

Брат ласкает её напряжённый живот, сведённые судорогой руки. Он нежен с ней. На него смотрит зло, осуждающе. Ну да, он старший всегда всё под контролем. Она сжимает коленями его бёдра, приподнимается, вырывая из его горла рычащий стон. И сама же... сама насаживается снова. Он осторожно подхватывает её под колени, медленно толкаясь, входя до самого конца, чувствуя дрожь в каждой напряжённой мышце. Медленно, не торопясь. Стискивая зубы. Держи себя в руках. Так туго и мокро. Она держит внутри так сильно, что скручивает мышцы внизу живота в узел. Подаётся назад и снова в неё. Держись! Ещё одно поступательное движение навстречу, ещё и ещё. Он чувствует, ей больно, но она расслабилась, не отталкивает его. Он остановился и почти вышел, желая дать ей передышку.

– Не останавливайся!
– приказ-просьба, сорвавшийся с её губ, на мгновение освобождённых от поцелуя брата.

Кому из них она это сказала, разбираться не стали. Старший уже подарил ей оргазм, очередь за младшим. Его движения, сначала медленные и осторожные, становятся нетерпеливыми, пальцы вновь ложатся на клитор и начинают движение в ритм с основным. С первыми резкими толчками понял уже, что не может остановиться, рыча и запрокидывая голову. Просит брата:

– Сними повязку. Хочу видеть её глаза.

Старший стянул ткань с головы девушки. Она зажмурилась: свет из окна падал ей на лицо.

– Посмотри на меня, Фури!
– она открыла глаза, в глубине её взгляда - бездна, засасывающая его без остатка.

– Трэй...
– шепчет она, протягивая к нему руку. Пальцы их переплелись. И терпение его сдохло. Он задвигался в ней быстро и резко, уводя обоих за грань чего-то безвозвратного, больного, сильного, разливающегося внизу импульсами. Там, где двигался твёрдый член. Первой закричала она, выгибаясь, забившись под ним словно рыба, выброшенная на раскалённый песок. Он с громким рыком последовал за ней.

Ноги братьев вклинились между её коленей, оплетая и раздвигая в стороны...

– Кхе-кхе...
– прозвучало тихое покашливание.

Троица замерла.

– Извините, что прерываю в столь приятный момент, но у нас маленькая проблемка.
– голос Ди звучал смущённо.

Фурия попыталась встать, но кто её пустил? Мужские руки по-хозяйски стиснули облюбованные места на её теле. Она еле сдержала стон и проговорила сквозь зубы:

– Что случилось, Ди?

Руки братьев вновь ожили. Пальцы младшего нашли "точку доступа" и безжалостно принялись ласкать. Зубы Фурии скрипнули, она попыталась стукнуть Трэя, но братишки быстренько прибрали её ладошки в свои, переплетя пальцы и крепко сжав.

– Даже не думай смыться, - шепнул Трай, прикусывая мочку уха.
– пусть вселенную засосёт в чёрную дыру, но пока не закончим, что начали, все катастрофы подождут.

– А если на нас напали, и мы можем погибнуть?
– предположила Фурия, подставляя шею под поцелуи Трэя.

– Всегда мечтал умереть на пике блаженства.
– сказал тот, скользнув губами по шее вниз, всасывая кожу и оставляя красный след над ключицей.

– Ди, что там?
– поинтересовался Трай.

– Аль Арносан требует срочной связи.

Братья замерли и посмотрели на Фурию, она - на них.

– И чего остановились?
– спросила она.
– кто-то говорил, что их не остановят катастрофы, а тут всего лишь бывший несостоявшийся жених.

Братья хмыкнули и продолжили, Фурия застонала: да-а-а-а, набрались мальчики опыта за эти годы.

– Кэп, что с аль Арносаном?
– напомнила Ди.

– Вы не против?
– спросила она с коварнейшей улыбочкой, братья понятливо усмехнулись в ответ и кивнули.
– Включи голосовую... пока голосовую. Через минуту.

Трай приподнялся, упёрся спиной в стену и усадил Фурию на себя, прижавшись грудью к её лопаткам.

– Я вижу у тебя тату наследника.
– проговорил он, целуя её в лысый затылок.

– Тату наследника?
– Фурия хотела обернуться, но ей не позволили, крепко обняв под грудью правой рукой, левой наклонив её голову вперёд, чтоб лучше рассмотреть рисунок.