Эсми. Вот ведь надо было ляпнуть!

– Не, там посмотрим, - отмахнулся парнишка.

Неопытный. Рассказывать не хочет, а врать не умеет. Проще всего в такой ситуации было бы ответить «да», закончив диалог. Умелый лжец рассказал бы историю про троюродную бабушку – таких Асмодей обожал. Он наслаждался каждой буквой, позволяя себе изредка облизываться и улыбаться. Вруны не замечают ничего вокруг, погруженные в свой выдуманный мир, но хорошие вруны – эти смотрят за реакцией собеседника. В компании с Асмодеем изобретались истории, достойные публикации и громких премий.

Но этот парень, похоже, попал в переплет впервые.

Асмодей искоса осмотрел его: новые кеды, идеально чистая футболка, ношенные брюки, несколько самодельных фенечек на руках.

– С предками жил?

Конечно, он жил с предками: они стирали ему одежду и покупали вещи, когда старые приходили в негодность. Следили за ним и заботились. Были, пожалуй, и друзья – плетение браслетов отличалось, их делали разные люди.

Асмодей притаился в ожидании ответа. Спутник начинал ему нравиться.

– Да, с мамашей и ее хахалем, - нарочито равнодушно отозвался парень.

Значит, с новым бойфрендом мамы начинающий стопщик не ладил.

Доверие и непосредственность остались. Стало быть, «чужой дядя» не бил. Учитывая характер паренька, Асмодей поставил на воспитание. Отчим надавил на молодого юношу, который только-только выбрался из отчаянного подросткового возраста, и вот парень решил искать свою судьбу. Взял самое необходимое, и про фенечки не забыл. Девять штук – столько не носят каждый день, особенно при рокерской кепке. Память, друзья. Наверняка где-нибудь среди них еще и подарок от бывшей.

– И чего ты от них? – Асмодей изобразил на лице среднестатистический интеллект и легкий интерес. – Лапал он тебя, что ли?

Парень едва не подскочил на месте. Возмущение, страх, должно быть облегчение от того, что все было еще не так плохо – целая куча эмоций. Асмодей откинулся в кресле, ощущая в собеседнике вызванный парой предложений вихрь, и отчаянно хотел закурить. Бардачок был рядом с парнем, а отвлекать его от переживаний сейчас совсем некстати.

– Не, он просто…

Стопщик смотрел на ситуацию по-новому и подбирал слова. Что он может сказать после такого предположения?

Бил?

Нет.

Выгонял из дома?

Нет.

У парня просто нет чего-то, сопоставимого по масштабу с предположением водителя, и теперь он боится выглядеть глупо.

Напряжение звенело в воздухе, Асмодей мысленно улыбался, предвкушая ложь или исповедь – подойдет и то, и другое.

– … ну, он лез, куда не надо. Начал учить, как правильно с женщинами…

Асмодей бросил короткий взгляд в сторону собеседника – сморщенный лоб, костяшки пальцев напряжены, глаза блестят.

Гнев.

Чудесно.

Отчим начал объяснять отпрыску нерадивого бывшего как вести себя с женщинами. Наверняка коснулся в разговоре матери. Паренёк свёл концы с концами и понял, что взрослый чужой дядя винит его родного отца в плохом обращении с заботливой и внимательной матерью.

– Да, это они любят, - Асмодей понимающе покивал. Не слишком часто, как будто задумался о чем-то. Посерьезнел.

Ты можешь мне доверять, мальчик. Я твой ровесник, и у меня те же проблемы.

– Эй, братишка, а звать тебя как? – тут же отреагировал парень. Ну, просто как новенькая игрушка – никто еще не пользовался, и реакции до смешного живые.

– Асмодей.

– Типа, по-настоящему? – не поверил парень, смешно выпучив глаза. В этой старенькой машинке при его скромной одежде зваться Асмодеем. Смешно, да.

И еще немного больно.

– По-настоящему, - он испытал раздражение.

Начинаешь втягиваться, аккуратнее.

– Я Билли, - парень, не заметив перемены в собеседнике, подал руку, - Билли Рипер.

Рипер.

Иронично.

В такой глуши среди полей предсказуемо, но все равно иронично. Сразу два «рипера» в одном стареньком седане. Асмодей улыбнулся и пожал руку.

Немного влажные от пережитого волнения, пальцы с силой вцепились в ладонь Асмодея – хочет показать, что силен и уже вырос.

Хороший парнишка.

Рипер. Вот ведь умора.

– Ну, и куда же ты едешь, Билли Рипер? – улыбаясь, спросил Асмодей.

– Хочу в большом городе наняться на работу, снять койку и потихоньку подняться, - поделился планами стопщик.

Чудно.

Мальчик просто классика жанра.

Выросший на молоке матери, с отстиранной футболкой, паренёк покидает родной город, попадает в трущобы, видит реальность. Ломается.