Мирэль вытянул губы и тихо присвистнул. Кошка тут же среагировала. Пригнув голову, так что выпирали одни лопатки, она медленно пошла в его сторону, но тут же остановилась, поведя одним ухом в сторону леса.

Честр был на пределе, он готов был кинуться на кошку прямо сейчас. Ее странное поведение заставляло их ждать. В следующий миг она скрылась в той же чаще.

— Бежим. — Мирэль кинулся вслед за ней.

— Зачем?! — Честр, не раздумывая, перепрыгнул через забор следом.

Они остановились, когда только вбежали в лес.

— Тихо. Слышишь?

Отдаленные завывания протяжно переговаривающихся кошек были слышны чуть севернее от них. Как раз там, где был расположен их лагерь. Они вновь поспешили туда.

Бэсси стояла на толстой коряге, покрытой зеленой порослью, и оттуда периодически шипела на притихшего самца-ушира. Сенти же и остальные, выхватив свое оружие, готовы были защищаться.

— Мирэль! Как ты вовремя! — Милена чуть расслабилась.

Бэсси, завидев хозяина, прижала ушки, но подойти боялась, между ними стоял непрошеный гость. Но, похоже, драки не предвещалось, поэтому все опустили оружие и стали наблюдать за происходящим. Эмиса подошла к брату.

— Как обстановка в деревне? Кони будут?

— Да, надо выждать.

— Это самец ушира, плохо дело. — Мирэль заметно нервничал.

— С чего бы? Может, его приручить? Лишняя пара клыков не помешает.

— Приручить ушира, Сенти, не так просто, так что забудь. Почему она его не прогонит?

Честр внимательно рассматривал самца.

— Интересный экземпляр. — Наконец заключил он. — Довольно крупный.

— Сдается мне, этот ушир ходит за нами еще с гор. — Мирэль нахмурился и подумал немного. — Вы идите с Сенти в деревню, я лучше здесь побуду.

Честр молча кивнул, и они с Сенти скрылись за деревьями.

Два ушира так и стояли, нервно и отрывисто переговариваясь.

Тем временем Мирэль размышлял. В среде уширов матриархат, и Бэсси одним гордым рыком должна была спровадить самца, если он ей неугоден, но здесь картина разворачивалась совсем по-другому. Явно видно, что кошка раздражена и недовольна, но ушир не уходил. Точнее, он медлил, водил взглядом с одного путника на другого, словно грозный голос Бэсси ему нипочем. Но это не единственная странность. Если самец упрям, то кошка могла напасть на него, а Бэсси этого не делала. Она вскоре легла на коряге и периодически фыркала и подвывала, поворачивая к нему голову. Ушир же не собирался ни на кого нападать.

— Странная кошка… — проговорил Мирэль, как только к нему подошла Эмиса.

— Какая из них?

Мирэль недовольно перевел взгляд на нее и отвернулся. Еще спустя какое-то время самец покинул лагерь и не появлялся.

Стемнело. Честр и Сенти тихо отвязали лошадей, слегка поглаживая особо беспокойных, и повели их в сторону леса. Погони не было, все было тихо. Попутчики нервно переминались с ноги на ногу в ожидании коней. Отдаленный топот копыт заставил их встрепенуться. Как только пятерка лошадей поравнялась с путниками, они поспешили вскочить на них и почти опрометью сорваться прочь, подальше от этой деревни. Сенти гнал впереди всех. Волосы его, не убранные в хвост, развевались белой волной. Мили давно перестала заботиться о своих шрамах, так что перевязанный шнуром хвостик болтался в разные стороны. Не всем было привычно смотреть на нее в новом облике, так что они старались долго не задерживать свой взгляд на ее лице. Не стеснялся только Мирэль. Наоборот, Мили каждый раз ловила его задумчивый взгляд. И, когда они сидели у костра, желая передохнуть и поесть, она не выдержала.

Что, никак не налюбуешься? — Она поковыряла палочкой угольки и искоса взглянула на него. Остальные, кроме Сенти, занимались своими делами, чистили лошадей, устраивались на ночлег.

— Угу. — Мирэль даже не думал отвернуться.

Хоть бы постеснялся, подумала Милена.

— Видишь, Сенти? Не помогает! — Она посмотрела на него смеющимися глазами.

Сенти перевел взгляд на Мирэля и вопросительно поднял бровь.

— Странные шрамы. — Наконец, соизволил высказаться тот.

— И чем же?

— Когда, говоришь, ты их получила?

— Я не говорила, Мирэль.

— Так скажи.

— Чего пристал к ней?

— Почему ты ее защищаешь? Кто она тебе?

Сенти хотел было сказать, но промолчал, проглотив чуть не вырвавшиеся слова. Сказать, что он жених — неправда, сказать, что друг… лучше пусть думают, что жених. Тьфуты, он совсем запутался. Он блеснул глазами, предоставляя право ответа Мили.