— Честное слово, мы выехали, едва рассвело. Вся печаль в том, что машина Фриз, э-э… норовиста и нетороплива на дороге. Но мы доехали.

— Я рада. — Она улыбнулась, и ее лицо просияло. — Иди сюда, внучек, поцелуй меня.

— Радостно видеть тебя, Летиция.

— Слишком долго не появлялся. — Она с упреком пожевала губами, но ее хрупкая кисть коснулась его волос так заботливо и ласково, что мое горло сжалось.

— Знаю, — сказал Джордж. — Прости.

Он выпрямился и посмотрел на остальных.

— Привет, мама, — произнес он без улыбки.

Она прикрыла горло ладонью, потрясенно взирая на него.

— …папа.

Мужчина с мясистым лицом по другую руку от Летиции, верно, его дядя.

— Эндрю, — продолжил Джордж. — И Пен ни. — Он улыбнулся жене Эндрю, взгляд которой тревожно метался между ним и мужем, похоже, она ожидала неминуемой грозы.

— Какая дерзость заявиться сюда! — взорвался Эндрю. — Кто просил тебя приезжать?

— Я, — четко прозвенел голос Летиции. — Джордж мой внук, и я пожелала, чтобы он был со мной.

Майкл Чаллонер был хорош собой, как и сын, но глаза смотрели жестко.

— Тебе следовало предупредить нас, что он приедет.

— Чтобы вы понапрасну беспокоились? Я уже устала от всей этой чепухи о том, что Джордж якобы подвел вас. Он в семье, и в этот уик-энд я желаю, чтобы вы относились к нему именно так. Это мой дом, мой юбилей, так что ведите себя прилично.

Положим, Летиция Чаллонер уже в возрасте, но вожжи в своих руках держит крепко. Сыновья только переглянулись, но спорить не посмели.

— Привет, Гарри. — Взгляд Джорджа обратился на брата.

У Гарри такие же темно-золотистые волосы, те же черты лица, худощавая фигура, но в целом он совсем другой. Рядом с Джорджем как-то терялся. В глазах не плясали смешинки, и рот, похоже, не привык улыбаться. Когда я смотрела на него, пульс не подскакивал, косточки не таяли от томительного желания.

Мне показалось, что в глазах Гарри поселилась тоска. Джордж мне говорил, что в детстве они с братом были очень дружны. И Гарри, должно быть, невольно припомнил это, наблюдая, как его сыновья тянутся к дяде. На мгновение почудилось, что он сейчас сделает шаг вперед и обнимет брата, однако перехватил взгляд отца и, поколебавшись, просто кивнул в ответ:

— Привет, Джордж.

Повисло неловкое молчание.

— А это кто? — Летиция перевела взгляд. Я, дожидаясь своей очереди, смущенно топталась у подножия лестницы. Джордж явно унаследовал васильковые глаза от бабки. Их синева, возможно, и поблекла с годами, но взор был весьма остр.

— Это Фриз. — Джордж протянул мне руку. Я поднялась, осознавая себя центром всеобщего внимания и чувствуя жар на щеках. Все принарядились в предвкушении торжественного застолья, а я в джинсах и белой футболке, в которой сидела за рулем.

— Ты велела мне отыскать себе разумную девушку, вот я нашел, — говорил Джордж бабушке, пока она рассматривала меня сверху вниз, вынося строгое резюме.

— Гм. Это мне решать, разумна она или нет.

Возможно, Летиции и стукнуло девяносто, тем не менее она вовсе не божий одуванчик, скорее крепкий сухарь старой закалки, сразу услышит фальшивую ноту. Невыносимо было думать, что она вот-вот подловит Джорджа на фальши. А это только лишний раз унизит его в глазах семьи. Если Летиция и сочтет, что между нами нет никакой любви, не моя вина.

— С днем рождения, миссис Чаллонер, — сказала я, высвобождая руку из ладони Джорджа, чтобы поздороваться с ней.

— И какая такая птичка присоседилась к моему внуку?

— Та, которая очень любит его. — Я улыбнулась Джорджу, он улыбнулся в ответ, гипнотизируя меня синим-пресиним застывшим взглядом.

Пожалуй, не очень разумно для начала.

Эндрю Чаллонер фыркнул где-то в тени, но мы не обратили на него внимания.

— Фриз — инженер по гражданскому строительству, — пояснил Джордж бабушке.

— Необычно. — Летиция внимательнее вгляделась в мое лицо. — Ездите верхом, Фриз?

— Боюсь, только на велосипеде.

— Думала, мое неумение ездить верхом на лошади пойдет мне в минус, — прошептала я Джорджу, когда экономка проводила нас в комнату переодеться к ланчу.

Летиция не скоро закончила свой перекрестный допрос, и повар, наверное, проклинал меня, поскольку готовые блюда уже битый час томились на кухне.

— Ты ей понравилась, точно говорю. — Джордж ничком бросился на кровать, ему, похоже, наплевать, что все уже дожидаются нас в столовой.