– Небольшое взрывное устройство на днище. На нас бы всех хватило.

Несколько секунд он рассматривал меня, потом с нажимом произнёс:

– Ты знала.

Я рассмеялась.

– Ну да, конечно! А ещё я американский шпион.

– Тогда откуда?

Прикидывая, что ему рассказать, я задумалась. О договоре с судьбой говорить не собиралась, тогда он точно сдаст меня в психушку. Но как-то объясниться всё же надо, пришлось остановиться на промежуточном варианте.

– Я несколько раз была в горах, там без интуиции никуда. Вот и научилась к ней прислушиваться.

– Когда он влез в дом, тоже была интуиция?

Я кивнула, Глеб раздумывал над моим ответом и неожиданно поинтересовался:

– Что ты делала в горах?

Не собираясь вдаваться в подробности своей жизни, я отмахнулась.

– Это не очень интересно. Просто по малолетству проверяла свои возможности.

– Не скажи, ты интересная девушка – мотоцикл, горы, интуиция. Всегда говоришь то, что думаешь, тебя не пугают покушения. А ещё ты хорошо ставишь на место зарвавшихся мужиков.

– Ну, покушения всё-таки пугают, жить мне пока не надоело. Отсюда вопрос, что там с твоими поисками? Я устала торчать на этой загородной недвижимости.

– С поисками негусто и у полиции, и у меня. Киллера мы опять упустили, а с заказчиками совсем глухо. Те двое, к которым я просил тебя вчера присмотреться, были главными подозреваемыми. Они оба боролись за крупный заказ, который в результате получил Дима.

– И кому он достался после его смерти?

Он мрачно взглянул и ответил:

– Мне.

– Понятно. Странно, кто-то так не хочет, чтобы ты всё узнал, что решил убрать тебя самого. Не вижу логики.

– Какая логика тебе нужна? Он просто боится, что я всё выясню.

– А ты боишься, раз контракт достался тебе, тебя и обвинят в причастности к убийству?

Похоже, я попала в точку, Глеб вскочил, от его спокойствия не осталось и следа, глаза метали молнии.

– Слушай, ты! Димка был моим другом, мы знали друг друга ещё со школы. Я был свидетелем на его свадьбе, а он – на моей. И я найду того, кто это сделал!

Я встала, собираясь уйти: ничего нового, всё те же мотивы – месть и честь.

– Ладно, ладно, я поняла. Ты хочешь отомстить за гибель друга. Это очень благородно.

Я никогда не верила, что месть может быть благим чувством, видимо, поэтому в моём голосе была издёвка. Но я не учла его состояние, Глеб быстро шагнул ко мне, схватил за плечи, сильно сжав их, тряхнул меня и с яростью произнёс:

– Да, благородно! А ты просто дура, если над этим смеёшься!

Он задел рану, и я поморщилась, но продолжала молча смотреть ему в глаза. Его взгляд вдруг изменился, из него ушла злость. Пока я пыталась понять, что же теперь в нём было, он притянул меня к себе и поцеловал. Я немного растерялась, но не из-за него, а из-за себя. Моё тело неожиданно предало меня – очень захотелось ответить на его поцелуй. Разозлившись, я смогла его оттолкнуть.

Мы стояли друг против друга, тяжело дыша, я злилась, а в его глазах было удивление. Как будто он сам не ожидал от себя такого. Глеб не стал извиняться, вообще не сказал ни слова, развернулся и ушёл. Я поднялась в свою комнату, заглянув в окно, увидела, как его машина выехала из гаража. Он прав – нам не стоит встречаться, пока не улягутся страсти.

Глеба не было целый день, а я размышляла о случившемся. Можно было ответить на его чувства, раз мне самой этого хотелось. С женой он, похоже, расстался, я тоже свободна, только одно мешало. Он был из тех мужчин, которых я обычно старалась избегать, понимая, когда придёт время, прощаться с ним будет непросто. Так что для нас обоих лучше держаться друг от друга подальше.

Следующие несколько дней мы с Глебом почти не виделись, на завтрак я спускалась после его ухода, а ужинала у себя. Он тоже игнорировал меня, не подходил и не заговаривал со мной. Зато охранники в доме смотрели на меня с настороженным уважением, выглядело это очень забавно.

В субботу утром, проснувшись, я не спешила вставать. Валялась в кровати и думала, как в эти выходные минимизировать встречи с Глебом? Не сидеть же безвылазно в комнате, это будет похоже на бегство. Так и не придя ни к какому решению, махнула рукой. Спустилась вниз и сразу направилась на кухню – собиралась позавтракать там. В гостиной было пусто, похоже, Глеб встал раньше.

Татьяна Михайловна хлопотала за плитой, увидела меня и накрыла лёгкий завтрак. Пока я ела, немного пообщалась со мной. Поднимаясь к себе, на лестнице я всё-таки столкнулась с Глебом. Он холодно кивнул на моё приветствие и быстро прошёл мимо. Судя по всему, решил сделать вид, что между нами ничего особенного не произошло. «Что ж, может, это и к лучшему. Тогда я тоже буду считать тот поцелуй случайностью, вызванной всплеском эмоций, и забуду о нём», – мысленно произнеся это, я поняла, что не убедила даже сама себя, и вздохнула.