За стеной послышался тихий скрежет, будто по полу волокли что-то железное. Живые переглянулись.

– Он идет к нам, - шепнула Кристина.

Катя подскочила на месте.

– Уходим, - шепнул Кирилл.
– Только тихо. Пусть думает, что мы еще здесь.

Катя указала пальцем на ближайший дверной проем. Комната за ним была пуста, да и за окном никого не наблюдалось. Однако арка с мертвецами находилась слишком близко. Гул от ударов по двери был слышен даже здесь. Кирилл и повел девушек в темноту.

Покосившиеся перекрытия перекрывали свет. Бензин в зажигалке кончился. Почти на ощупь живые добрались до следующего выхода. Тут, видно, тоже прилетел метеорит. Все лестничные пролеты обрушились вниз. Через пролом наверху были видны ползущие по небу тучи. Внизу, в подвале, тихонько плескалась вода. Кирилл заглянул через край.

Вокруг обломков плавали люди. Все спортивные, подтянутые, без видимых ран. Молодые люди в одних плавках, девушки в купальниках.

– Наверное, тоже конец света в бассейне встретили, - прошептала Катя.

– Ты их видела?
– спросил Кирилл.

Девушка покачала головой, и едва заметно усмехнулась:

– Со спины никого не узнаю. Но тут рядом новый бассейн открыли. Может, и твоя рыжая оттуда сбежала... Смотри! Там, справа.

На полузатонувшем лестничном пролете, точно сирена на скале, полулежала рыжеволосая красавица. Та самая! Закрыв глаза, она, казалось, спала. Или ждала.

У ее ног свернулись клубочком две девушки в черных бронежилетах на голое тело. Мокрые черные волосы у обеих стекали по спинам до самого пояса. В мозгу Кирилла сразу возникла стойкая ассоциация с затаившимися змеями. Вода скрывала девушек почти наполовину, но не похоже было, чтобы это их беспокоило.

– Такое чувство, будто зомби ее караулят, - прошептала Кристина.

– Зомби?
– переспросила Катя.

– Ага, - кивнула Кристина.
– Посмотри. Мы уже больше минуты наблюдаем за ними, а эти пловцы ни разу не всплыли, чтобы глотнуть воздуха. Это точно зомби.

– Но они же должны быть тупыми, - уточнила Катя.
– Как они могут караулить?

Кристина пожала плечами.

– Думаю, хоть немного они соображать должны, - прошептала девушка.
– Ну, чтобы хотя бы своих от чужих отличать.

– Это у них, наверное, на уровне инстинктов, - выдвинул свою версию Кирилл.

– Может, и так, - неуверенно согласилась Кристина.
– Но за каким инстинктом они приволокли эту деваху сюда? Да и того урода на площади помните? Тоже унесли.

– А ты уверена, что это они ее приволокли?
– спросила Катя.
– Может, она обратилась и теперь бродит с остальными.

Кристина покачала головой.

– Смотри, Катя. У тех двух волосы мокрые. Почему? Потому что туда, к лестнице, можно попасть только вплавь. Нет туда переходов. Не знаю, насколько там глубоко, но предположить можно. Тихо!

Прямо под ними из воды появилась курчавая голова. За ней последовали мускулистые плечи и разведенные в стороны руки. Голова медленно повернулась сначала влево, потом вправо. Не обнаружив ничего подозрительного, пловец вновь скрылся под водой. Все трое живых дружно выдохнули.

– Видели?
– спросила Кристина.
– Там довольно глубоко, нырять можно, а у рыжей волосы сухие. Ее принесли сюда, причем так аккуратно, что даже прическу не испортили. Предположим, для собственного спокойствия, что это опять же не осознанные действия, а тоже какой-то инстинкт. Вроде как захомячить всё вкусное только для себя. Такие Плюшкины загробного мира. Но в основе любого инстинкта лежит смысл. И вот какой в этом смысл?

Кирилл с Катей переглянулись. Ни у одного в мозгу подходящего ответа не нарисовалось. Разве что:

– Жрать они ее, похоже, точно не собираются, - сказал курьер.

– А, может, они ее про запас отложили, - предположила Катя.

– Маловато для запаса, - не согласилась Кристина.
– Да и потом, эти ребята склонны жрать живых сразу, как поймают.

– Но мы-то нашли ее уже мертвой, - напомнила Катя.
– Ты же сама проверяла. Может, к своим у них особое отношение.

– Когда я проверяла, она не была похожа на зомби.