– Дело в вашем бывшем… друге? Вы же не вчера здесь объявились?

– Я бы предпочла не говорить об этом. Лучше расскажите, почему вы покинули Сан-Франциско.

– Сначала сделаем заказ. Выяснилось, что я тоже голоден.

Как только официант отошел, Пол поведал ей об эпизоде, последовавшем за изданием его первого романа, о своей внезапной славе, ставшей для него суровым испытанием.

– Вас подкосила известность? – заинтересовалась Миа.

– Не будем преувеличивать, писателю не приходится даже мечтать о славе рок-певца или кинозвезды, но я не играл роль, а вывалил на бумагу свои собственные внутренности – в переносном смысле, разумеется. И это при моей болезненной стеснительности! Поверите ли, в колледже я даже принимал душ в трусах!

– Сегодня ваша физиономия красуется на первой полосе газеты, а уже завтра в эту газету заворачивают жареную рыбу. Вот и вся цена известности, – проговорила Миа.

– Вам часто приходится подавать клиентам жареную рыбу?

– Фиш-энд-чипс снова стала модным блюдом, – ответила она с улыбкой. – Как ни странно, сейчас мне самой ее захотелось.

– Тоска по родине?

– Нет, это мне несвойственно.

– Он так вас измучил?

– Я свалилась с большой высоты, я была единственной, кто не видел изнанки экрана.

– Какого экрана?

– Это так, к слову.

– Любовь ослепляет.

– Думаю, эта вопиющая банальность – как раз обо мне. Что вам мешает отправиться к вашей переводчице? Писатель может творить где угодно, разве нет?

– Не знаю, хочет ли этого она. Если бы хотела, то, наверное, подала бы мне сигнал.

– Необязательно. Вы много общаетесь?

– По скайпу раз в неделю, в выходные. Иногда по электронной почте. Мне знаком только маленький уголок ее квартиры – тот, который попадает в камеру ее компьютера, остальное отдано на волю воображения.

– В двадцать лет я влюбилась в одного ньюйоркца. Наверное, расстояние усиливало мои чувства к нему. Невозможность видеться, прикасаться друг к другу подогревала воображение. Однажды я собрала все, что сэкономила, и купила билет на самолет. Я провела там одну из лучших недель в своей жизни. Вернулась опьяненная, полная надежд, с решением найти способ уехать туда жить.

– И как, получилось?

– Где там! Стоило мне сообщить ему о своем плане, как все изменилось. Он стал гораздо реже звонить, а с приближением зимы наши отношения и вовсе зачахли. Я мучилась, пока его не забыла, но никогда не жалела, что пережила это приключение.

– Я остаюсь здесь по той же самой причине: чтобы забыть.

– Боязнь летать, выходит, ни при чем?

– При чем, она служит удобным предлогом. А каким предлогом пользуетесь вы?

Миа отодвинула тарелку и залпом выпила стакан воды.

– Какой предлог можно найти для нашей следующей встречи? – спросила она с улыбкой.

– Разве он нужен?

– Нет, если вы захотите позвонить первым.

– Нет-нет-нет! Это слишком просто. Нет такого закона о дружбе, согласно которому мужчинам полагалось бы делать первый шаг. Более того, я считаю, что во имя равенства полов эта привилегия должна принадлежать женщинам.

– Категорически с вами не согласна.

– Разумеется, поскольку вас это не устраивает.

Они немного помолчали, разглядывая прохожих.

– Как насчет того, чтобы побывать в Опере, когда она закрыта для публики? – осведомился Пол.

– Правда, что там есть подземное озеро?

– А на крыше пчелиные ульи.

– Я бы с радостью!

– Отлично, я этим займусь. Я позвоню и сообщу, когда можно будет это сделать.

– Сначала я должна дать вам номер своего телефона.

Пол вооружился ручкой и открыл записную книжку.

– Я вас слушаю.

– Вы еще его не попросили. И нечего так на меня смотреть. В дружбе тоже существуют свои формальности.

– Можно попросить ваш номер телефона? – спросил Пол со вздохом.

Миа схватила его ручку и чиркнула на странице записной книжки.

– Вы сохранили свой английский номер? – удивленно спросил Пол.

– Сохранила… – смущенно призналась она.

– Согласитесь, с вами непросто.

– Со мной, а не вообще со всеми женщинами?

– Со всеми женщинами, – проворчал Пол.

– В противном случае вы бы смертельно заскучали. В этот раз плачу я. Не вздумайте спорить!

– Я бы удивился, если бы официант согласился взять деньги у вас. Я обедаю здесь через день, он хорошо меня знает. К тому же кредитная карточка у вас тоже английская…

Миа пришлось с ним согласиться.

– Что ж, до встречи, – сказала она, протягивая ему руку.

– До встречи, – ответил Пол.

Он смотрел ей вслед, пока она не спустилась в метро.