Шрифт:
Когда они вышли к озеру, Трой восхищенно вздохнул, чем вызвал у Эмбер короткий смешок. Совершенно прозрачное озеро словно накрыло кусок леса неподвижной сверкающей тканью. Изредка по воде пробегала рябь, а в глубине можно было заметить серебристые стайки рыб и колыхающиеся силуэты водорослей. Неудивительно, что горожане согласились сохранить это озеро нетронутым: оно было слишком прекрасным, чтобы нарушать его гармонию какими-либо искусственными материалами.
Эмбер присела на берег и опустила ноги в воду. Она сняла свои очки еще на выходе из города и теперь щурилась, как кошка, разглядывая поверхность воды.
– Я не знаю, кого именно застрелили,-начала она спокойным голосом.-Я думаю, один из недавних экспериментов, в последнее время у Доктора выходили весьма…буйные создания.
– Вам можно выходить?-Трой присел рядом.
– Вообще, это не запрещается, но Доктор обычно не любит никого выпускать. Да и кроме меня никто особо не рвался выйти в город, мы в курсе, как к нам относятся. Этот умерший, он, наверное, видел, как я ухожу и прихожу, как одеваюсь, как разговариваю с Доктором. Я не знаю, как он ускользнул, но мне его жаль. Никто из нас не создается агрессивным изначально, наша агрессия - всего лишь самосохранение, ответная реакция. Застань меня врасплох - и я тоже могу за себя не ручаться.
– Теперь ты не погуляешь по городу…-протянул он, перебирая прибережную гальку.
– Теперь не погуляю,-согласилась она.-К тому же Доктор вернется с Совета не в духе.
– И что это означает?
Она усмехнулась.
– Повысить напряжение!
Пять месяцев назад
– МБ-4, вставай, ты мне нужна,-резко бросил Доктор, проходя мимо ее клетки. Она только вернулась из города и считала этот день своим. Условия контракта, однако, напоминали о соглашении на эксперименты, когда будет угодно создателю, а не созданию. Она послушно встала и прошла в подготовительную комнату, где санитары быстро измерили показатели, закрепили на ее голове и запястье датчики и впустили в Циммер. Она так же привычно и послушно легла на стол и постаралась погрузиться в свои мысли, пока Доктор закреплял на ней ремни. Она слышала обрывки его фраз:
– Совет недоволен…Надо следить за гражданами, а не мной…Еще хоть раз…Разрешение на ношение в силе…
Мускулы Эмбер сократились, когда по ее телу прошел неожиданно сильный разряд. Доктор раздраженно ткнул карандашом в свой старый истрепанный блокнот.
– Совет недоволен! Граждане в страхе! Повысить напряжение!
Эта фраза ударила Эмбер кнутом, а в следующую секунду пришла боль. Это не была привычная боль, к которой девушка уже давно адаптировалась, боль была новой и неожиданной, пронзительной и острой. Эмбер закричала.
Доктор посмотрел на нее так, будто впервые увидел ее на этом столе, и казалось, будто ее крики смывают его раздражение.
– Повысить напряжение!
– Доктор…-один из санитаров нерешительно подошел к нему,-доктор, показатели нестабильны, она может не выдержать.
– Она и так пережила все прошлые объекты в два, если не в три раза! Повысить напряжение!
Она уже не могла кричать, ей хотелось умереть, только бы не смотреть в лицо, нависшее над ней и бормочущее слова «Совет» и «недоволен». Когда ее наконец сняли со стола, Доктор удовлетворенно выдохнул, пробормотал что-то себе под нос и удалился, оставив Эмбер на попечение санитаров. Те как будто боялись до нее дотронуться, словно опасаясь, что она разобьется от малейшего прикосновения. В ту ночь Эмбер хорошо усвоила связь между недовольством Совета и экспериментами Доктора, и с тех пор старалась следить за городскими новостями, каждый раз надеясь, что Совет доволен.
– Вот так и оканчивается каждое его возвращение из города,-заключила Эмбер, все так же глядя в одну точку на противоположном берегу.-Он срывает раздражение на мне, повышая напряжение или увеличивая дозы препаратов, потому что знает, что я выживу. Иногда мне хотелось бы быть слабой и умереть на столе, но я понимаю, что это плата за то, что я могу выходить в город. А теперь мне и этого нельзя будет делать. Может быть, сегодня я все же умру,-задумчиво закончила она.
Трой не знал, что ей ответить. Ему хотелось сказать ей очень много, начиная с того, как сильно она ему нравится и как отчаянно ему хотелось ее защитить. Он понимал, что пригласить ее к себе означает поставить ее жизнь под не меньшую угрозу, и теперь пытался найти выход из создавшегося положения.
– Послушай,-Эмбер легко поднялась и отряхнула низ платья.-Давай договоримся: если я выживу этой ночью, то завтра мы можем опять тут встретиться. Идет?
Она говорила это так просто, будто просила его зайти за ней, чтобы пойти в кино. У нее было сильно развитое чувство справедливости, и вместе с тем она относилась к собственной жизни как к чему-то очень незначимому. И это было больно для Троя.
– Договорились,-он тоже поднялся и неловко погладил ее по волосам.-Я очень надеюсь тебя увидеть.
– Это же знак симпатии?-она улыбнулась.-Гладить по волосам это знак симпатии и расположения, верно? Тогда я тоже так сделаю,-она приподнялась и погладила его по взъерошенным темным волосам.- Ты мне очень нравишься, ты хороший. Приходи завтра, я очень постараюсь, чтобы мы встретились.
Она развернулась и быстро зашагала обратно, а он задумался над ее словами: постараюсь, чтобы мы встретились. Эта девушка, чьи руки покрыты шрамами, нанесенными не добровольно, девушка в два раза меньше его постарается выжить, просто чтобы его увидеть.