Шрифт:
95
Логинов снова перевел бинокль на выведенный из эксплуатации кран. Появившиеся минуту назад возле него мастер электриков, капитан Озерцев и Самир Эддин взбирались наверх. Все были в спецодежде и касках. Если бы даже наблюдатель террористов засек их, все равно заподозрить что-либо было трудно. Разве только он опознал бы Самира…
Однако для этого наблюдатель должен был находиться достаточно близко. А Логинов успел осмотреться и был уверен, что наблюдателя ни в одной из удобных точек нет.
Пару минут спустя капитан Озерцев вышел на связь по рации:
– Первый, Четвертый на рабочем месте! Как поняли?
– Понял вас, Четвертый! Включайтесь! До связи!
– До связи, Первый!
– Второй! У вас порядок? – сразу же вызвал Брянцева Логинов.
– Да! Уже выдвинулись на исходную!
– Вас понял! Конец связи! – сказал Виктор.
«Исходной» для Брянцева с майором Шаниным была техническая станция пенотушения. Она располагалась метрах в трехстах от тридцать шестого причала. Одни из ворот станции выходили в сторону моря.
Брянцев с Шаниным незаметно въехали на ее территорию с тыла, так что даже Виктор их не видел. Сейчас оперативный «Форд» стоял в полной боевой готовности перед воротами. Для того чтобы рвануть на полной скорости к тридцать шестому причалу, нужно было только распахнуть их…
96
Рефрижераторное судно «Экватор» уже стояло возле стенки. Оно пришло из Колумбии с грузом бананов. Поскольку груз был скоропортящийся, «Экватор» сразу же поставили к тридцать шестому причалу. Около полутора часов ушло на обычные формальности – пограничный контроль и таможенный досмотр.
К тому времени, когда на причал подали рефрижераторные вагоны, пограничники свою работу на «Экваторе» уже выполнили. Количество членов экипажа соответствовало судовой роли, документы у всех оказались в порядке, никаких нелегалов на борту не обнаружилось.
На виду у Казбека пограничная досмотровая группа покинула борт судна и отправилась прочь. А вот торчавших на тридцать шестом причале двух рядовых погранцов снимать не стали. Они просто прошли к тому месту, где вот-вот должен был ошвартоваться сухогруз «Северная Сахара».
Окажись на месте Казбека кто-то другой, его это могло бы насторожить. Мало кто из обычных людей улавливает разницу между пограничниками и таможенниками, не говоря уже о представителях карантинных властей. Однако Казбек в этих делах, что называется, собаку съел. И отлично знал не только кто чем занимается и за что конкретно отвечает, но даже то, сколько и кому следует заплатить, чтобы формальности, связанные с погрузкой, не затянулись. Поэтому, позвонив Арсану, он коротко сообщил:
– С грузом все в порядке! Пароход уже ставят к стенке! Как загрузят, сразу будут границу закрывать! Уже и пограничников поставили…
97
Убедившись, что все члены группы заняли свои места, Логинов снова сосредоточился на наблюдении. Самир Эддин целенаправленно искал через оптику Лечи Итаева. Кроме того, он видел и двух его сообщников, приехавших в Ивлинск из Москвы. Общаться с ними близко иранцу не довелось, но все равно он должен был опознать их в любом облике…
Однако вероятность того, что лично Итаев или его люди будут околачиваться в порту, была не очень велика. Режимный объект все-таки. Поэтому Логинов, не зацикливаясь на внешности, вел наблюдение за всеми, кто появлялся в районе тридцать шестого причала.
Людей было много. Даже очень много. Однако Виктор имел богатый опыт. И знал, что наблюдатель рано или поздно себя выдаст…
98
Арсан прикрыл микрофон пальцем и сообщил Лечи:
– Пароход ставят к причалу. Уже и пограничники ждут…
Упоминание о пограничниках насторожило Лечи. И он быстро спросил:
– Много пограничников?
Арсан переадресовал вопрос Казбеку. И тут же сообщил:
– Двое…
– А чего это они его ждут? – с беспокойством спросил Лечи.
Арсан снова переадресовал вопрос Казбеку, потом сообщил:
– Он говорит, что так всегда бывает. Если судно уходит за границу, за несколько часов до отплытия у него выставляют погранцов, чтоб никто не спрятался на борту…
Лечи кивнул. Арсан закончил разговор с Казбеком и сунул телефон в карман. Откинувшись на спинку раскладного стула, он расслабленно закурил. Арсана разговор с Казбеком окончательно успокоил.
А вот Лечи был напряжен. И, хоть он и пытался ничем не выдать своего беспокойства, от Арсана это не ускользнуло. Ведь он от природы был тонким психологом.