с полицейскими, как и было условлено, разместились комсомольцы Александр Степанов,

Петр Рудаков, Иван Петровичев, Володя Сергеев. Около коменданта села партизанка-

разведчица Ася Сашнева. Когда машина приблизилась к Реадовке, она по сигналу,

поданному Степановым, запела:

«Орленок, орленок, взлети выше солнца

И степи с высот огляди...»

Взбешенный комендант выхватил наган, но сидевшие за его спиной подпольщики

скрутили ему руки и овладели оружием. Тут же было покончено с полицейскими. Но

завладеть машиной подпольщикам не удалось. Водитель, почувствовав неладное,

остановил машину и, выскочив из кабины, открыл огонь из автомата. Подпольщики успели

убить шофера, но было уже поздно: выстрелы привлекли внимание гитлеровцев, и к

месту происшествия подоспели машины с полицейскими.

Подпольщиков поймали и зверски убили. Спасся только Александр Степанов.

Дождавшись ночи, он пришел в Колод-ню к брату и рассказал о случившемся.

Памятник-надгробие «Скорбящая мать» на братской могиле подпольщиков и

партизан в Реадовском парке.

Тела патриотов, расстрелянных в Реадовке, впоследствии были перенесены в общую

братскую могилу. По решению исполкома городского Совета на ней сооружен

монументальный

памятник-надгробие

«Скорбящая

мать».

Скульптура матери

установлена на фоне мемориальной стены на которой изображен трагический момент

казни патриотов.

На гранитном камне надпись: «Народ будет вечно помнить вашу верность советской

Родине». На другой стороне камня четверостишие Н. Рыленкова:

«Я мать скорбящая. Как совесть, я бессонна. Замученных людей я помню каждый стон,

Пусть знают палачи, что нет святей закона, Чем справедливого возмездия закон!»

Авторы памятника — скульптор А. Г. Сергеев, художник С. С. Новиков, архитектор А. Г.

Стемпаржицкий.

Возле крепостной стены на площади Смирнова — в парке «Пионерский» — и во дворе

советско-партийной школы (улица Большая Советская, дом № 10/2) находятся

захоронения жертв немецко-фашистской оккупации Смоленска — братские могилы

военнопленных красноармейцев, зверски расстрелянных гитлеровцами осенью 1941 года.

12 ноября 1941 года смоляне были свидетелями дикой расправы фашистов над

группой беззащитных военнопленных. Колонна пленных красноармейцев медленно шла

по Рославльскому шоссе. Изможденные, голодные люди еле передвигали ноги. Тех, кто

падал, конвоиры оттаскивали в сторону и тут же расстреливали. При входе в город

произошла смена конвоиров. Пьяные конвоиры, решив подтянуть колонну, стали пинками

и ударами прикладов подгонять отстающих. Пленные бежали, падали в грязь. Из толпы

стоявших у обочины дороги людей раздались крики возмущения. Автоматные очереди и

пистолетные выстрелы разогнали толпу. Пленные бросились врассыпную. Они прятались

в ямах, развалинах, домах.

В городе начались облавы. По тревоге были подняты отряды жандармерии, команды

СС, комендантские роты. Гитлеровцы прочесывали улицу за улицей, дом за домом.

Расстреливали каждого, на ком была военная гимнастерка. Сотни трупов валялось на

улицах Смоленска. На следующий день их начали свозить и сбрасывать в ямы у

крепостной стены и во дворе Дома Красной Армии (ныне здание советско-партийной

школы). После освобождения города от оккупантов братские могилы были приведены в

порядок. Смоляне любовно ухаживают за ними.

Возле улицы, носящей имя Зои Космодемьянской, есть большое братское кладбище. В

центре его установлен памятник — скульптура воина с обнаженной головой. На этом

кладбище похоронено 45 тысяч советских военнопленных и гражданских лиц, которые

содержались в размещавшемся здесь концентрационном лагере № 126. Лагерь этот был

страшным местом массового истребления советских людей. Здесь зимой 1941/42 года из-

за голода, холода, антисанитарных, нечеловеческих условий жизни, издевательств и

эпидемических заболеваний умирало по 250 — 300 человек в сутки. Умерших сбрасывали

в ямы-могилы возле лагеря.

Неподалеку от улицы Багратиона, на краю оврага за заводом холодильников, в дни