Я покачал головой. Вот так все запирать внутри себя нельзя. Это не выход. Лучше бы она ревела, как в прошлый раз, чем превращать себя в камень, сковывать свое сердце. Все равно это рано или поздно прорвется наружу и неизвестно, во что выльется.

– Расскажи мне, что произошло.

Мы стояли на перекрестке, а вокруг сновали люди, эльфы, гномы. Неписи и бессмертные. Я изредка посматривал по сторонам. Никакого особого внимания мы пока не привлекли. Лич из фракции Смерти и жрица Порядка стоят и обсуждают свои дела – что тут удивительного для такого крупного города, как Вавилон, где в невероятном коктейле перемешались все существующие расы вселенной «Битвы богов»? На то он и Вавилон.

– Да ничего особенного. Мы патрулировали локацию, когда в нее ворвались хаоситы. Нас было четыре летучих отряда поблизости, а у них рейд в пятьдесят бессмертных. Наша пятерка оказалась к ним ближе всех. Подмога из города пришла меньше, чем через минуту, но к этому времени хаоситы успели славно порезвиться. Вырезали половину наших отрядов, мою пятерку почти всю, осталась только я одна.

Она замолчала на несколько секунд. А потом чуть дрогнувшим голосом сказала:

– Потому, что я жрица. Потому, что стояла сзади. Потому, что успела себя исцелить. А других не успела.

По застывшему в каменной маске лицу пробежала слеза.

– Я честно пыталась исцелить свою команду. Себя лечила в последнюю очередь! Ты мне веришь? Веришь? – она пристально взглянула мне в глаза. Буквально впилась своими глазами в мое лицо, пытаясь уловить на нем мельчайшие оттенки эмоций. – Но они все равно все погибли, а я осталась жива.

– Я верю тебе.

Не везет Елене с пятерками. То Андрон или Антонион, или как там его звали, лидера предыдущей ее пятерки, подвел весь отряд под монастырь ради того, чтобы покрасоваться перед Еленой. А теперь вот новый командир бросил свою команду на убой. Кто же кидается впятером на вдесятеро большее войско? Тоже небось хотел показать Елене свою удаль. Хотя я его где-то даже понимаю – уж больно она красива. Особенно в этом кожаном обтягивающем наряде.

– Лена, постой здесь. Подожди меня. Я быстро на аукцион сбегаю, тут рядом, и вернусь.

– Зачем это я должна тебя ждать? – удивленно спросила жрица. – Нам все равно в разные стороны, а Гильдия перевозчиков вот она. В двух шагах.

– Мне тоже на Брею надо.

Дороговато обойдется перелет на Брею. Это не близлежащий Ченрод, и даже не Сарак. Слишком далеко. В копеечку выльется мне это путешествие, но хотя бы задание Верховной жрицы Храма Воздуха выполню.

– Зачем тебе на Брею? – подозрительно уставилась на меня Елена. – Тебе же в гномьи королевства надо!

– Это не к спеху, – отмахнулся я. – Задание у меня. Вересковый мед нужно достать. Ну, мед ветреных пчел. Ты же должна помнить! Мы вместе были, когда я этот квест получал в Храме Воздуха на Сараке.

– Я помню. А ульи ветреных пчел есть и на Кеноле.

– На Кеноле они все под контролем кланов бессмертных. А у меня сейчас ситуация такая, ни к чему мне лишние конфликты. Уведешь у кого-нибудь из-под носа бочонок меда, так тебя сразу же в черный список внесут. А мне это сейчас ни к чему.

На самом деле именно это я и собирался сделать – пойти и бессовестно украсть вересковый мед из контролируемого каким-нибудь кланом пчелиного улья. В земли Жизни собирался вояж устроить. Все равно придется место, где живут пчелы, зачищать от охранников, так лучше это сделать с двойной выгодой – и мед достать, и фрагов набить – чем просто так отправить на перерождение случайных свидетелей.

– Что значит «сейчас мне это ни к чему»? – спросила Елена.

– Охота на меня идет. За мою голову солидная награда объявлена. Сообщение видела о разрушении замка Орднунга?

– Видела.

– Вот из-за этого за мной и охотятся. Надо мне убираться с Кенола. А на Брее меня никто не достанет. Никто туда за мной не сунется – невыгодно. Туда телепорт стоит дороже, чем награда за мою голову. А если и сунется кто-то туда, то не найдет меня. Гадалок на Брее нет, там только джунгли да прерии. Разве что охотники за головами решат поджидать меня в Солане, но я там долго ошиваться не намерен, – объяснил я Елене сложившуюся ситуацию. – Ну так что? Подождешь меня? Я быстро! Пять минут, и я снова тут. А на Брее скооперируемся. Я помогу тебе, ты поможешь мне. Идет?

Елена опять с сомнением оглядела меня, но все же согласно кивнула. Я сорвался с места и понесся к аукциону.

Эпический меч я выставил на продажу за десять миллионов золотых талеров. Обычно эпики выставляют на аукцион только для того, чтобы показать их наличие и продемонстрировать желание их продать. Дальнейший торг ведется сначала по почте, а потом по скайпфону или на личных переговорах в реале. Меня такой вариант сейчас не устраивал – почту я отключил в связи с объявленной на меня охотой и массой спама, поступающего мне со всего материка. Выкупную цену я устанавливать не стал. Срок для торгов указал трое суток. Полагаю, за трое суток хоть кто-нибудь да сделает ставку. На все это у меня ушло меньше пяти минут. Надеюсь, Елена за это время не передумала и не сунулась без меня в Гильдию перевозчиков. А если и сунулась, то все равно никуда она от меня не денется – догоню в Солане. Там только один выход из города, не уйдет.