– А действительно, что теперь? – спросил Прив, оглядывая место, где только что находился наш отряд.

– Самым мудрым было бы последовать за Призрачным рыцарем и девчонкой и покинуть театр, – я быстрым шагом направился в зрительный зал. – Но мы же легких путей не ищем! Мы, похоже, слишком безрассудны, чтобы поступать как нормальные рассудительные люди. Или другие разумные. Поэтому мы сейчас как можно быстрее добираемся до оркестровой ямы и спускаемся в подвал. Туда он полезет в самую последнюю очередь, если вообще полезет.

– Кто он?

– Кукольник! Так что у нас есть шанс устроить там увертюру.

– Ты уже знаешь, как?

– Пока нет, но что-нибудь придумаю. Идем! Только осторожно, нам главное с ним не пересечься.

– Эх, был бы с нами наш Малыш, – сделав вид, что тяжело вздохнул, сказал Прив. – Никаких проблем с Проклятыми не было бы.

– Это точно, – согласился я.

– Как он там, кстати? – Прив с любопытством взглянул на меня.

Я прикрыл глаза, попытался почувствовать детеныша Кракена. Улыбнулся.

– Нормально! Воюет вовсю! Как игру это воспринимает. Резвится!

– Бесы.

– Нет, – я покачал головой. – Люди.

– Какие же это люди? – изумился Прив. – Самые натуральные бесы. Что я, бесов не видел?

Мы стояли в конце длинного коридора, у самого выхода в огромный подвальный зал идеально круглой формы. Наше путешествие сюда прошло без происшествий. Ни одной куклы мы не встретили, видать, всех повыбили.

С потолка капала кровь. В некоторых местах она даже лилась потоком.

– Люди. Просто проклятые. Посмотри их инфу.

В помещении было около полусотни бывших артистов этого театра. Полсотни Проклятых. Они передвигались по залу с метелками в руках и старательно сгоняли кровь в выдолбленные в каменном полу канавки, широкие и глубокие. Канавки не были заполнены даже на треть.

– Что они делают?

– Не видишь, что ли? – Я пожал плечами. – Пентаграмму кровью наполняют.

– Такую огромную? – удивился Прив.

Он осмотрел внимательно помещение и вынес вердикт:

– Не хватит им крови на всю пентаграмму. Не получится у них вызвать демонов с нижних кругов. Зря стараются!

– Не зря. Это за один раз у них не получится. А за тринадцать раз – получится. Только Дракон с Вонг не дадут им закончить это подлое дело. Один раз уже был прорыв демонов с нижних планов бытия. Тогда еще не знали, что здесь происходит, в подвал мало кто спускался, все норовили побыстрее артефакт заполучить. Вот и удалось Проклятым постепенно, за тринадцать премьер, полностью наполнить кровью всю пентаграмму. «Триаде» тогда пришлось целый десяток топовых кланов на помощь звать, массу наемников приглашать. Пол-Кван Тонга в руинах лежало. Город чуть под длань Тьмы не ушел, Молох, наверное, уже победу праздновал – демоны к управляющему кристаллу прорвались. Еле-еле мы тогда их обратно в Пекло загнали. С тех пор Дракон на каждую двенадцатую премьеру сам сюда ходит. Вместе с Госпожой Вонг. Устраивают тут увертюру. Кроме них никому больше и в голову не придет спускаться сюда и воевать с Проклятыми. Если, конечно, не считать таких умников, как мы с тобой, Прив.

Ближайший Проклятый заметил нас, не помогла моя «Скрытность». Наверное, между нами было меньше двадцати метров, а у него была прокачана «Наблюдательность». Бросив метелку, он подскочил к нам и уставился на нас своими маленькими заплывшими глазками. Злости в этих глазах хватило бы и на десятерых.

– Натуральный бес, – сказал Прив. – Я таких немало встречал на своем пути.

На этот раз я ответил не сразу. Как люди там, в моем мире, представляют беса? Вот так и выглядел этот Проклятый, стоявший в метре от нас. Свиное рыло, заросшее грубой редкой щетиной, на голове коровьи рога. Тело, тоже покрытое щетиной, с выпирающим жирным пузом, чуть менее заросшим жесткими короткими волосами. Ноги с выгнутым назад вторым коленом и оканчивающиеся лошадиными копытами. Вместо кистей рук тоже копыта, но уже козлиные, раздвоенные и подвижные. Длинный крысиный хвост с кисточкой на конце. Типичный бес. На первый поверхностный взгляд.

– И все-таки это люди. Проклятые, но люди, – сказал я. – Они только внешне выглядят как бесы, а характеристики у них совсем другие. Мне тоже приходилось сталкиваться с бесами. И не один раз.

– Как же это они? Как они стали такими?

– Проклятие Гекаты, – я опять пожал плечами. – Богиня оказалась слишком жестокой, а ее наказание слишком чудовищным.

– Не представляю, как она сделала такое с ними.

– Такими они сделали себя сами. Геката всего лишь сыграла немного на их чувствах, эмоциях и желаниях. Не на всех, лишь на самых низких – тщеславии, жадности, зависти. Гордыне. Подлости. Злости.

Стоявший напротив нас Проклятый внимательно слушал меня, пятачок его двигался из стороны в сторону, как будто он еще и принюхивался ко мне. Глаза его наливались кровью все больше и больше, эманации злобы волнами шли от него. Бессильной злобы.

– Геката всего лишь убрала барьеры, – сказал я. – А дальше все зависело от них. Винить в их состоянии Гекату было бы не правильно, ее вина минимальна. Она ведь даже не подталкивала их в этом направлении. Она лишь ликвидировала преграды на пути их эмоций. А идти в этом направлении или оставаться самим собой – это уже был исключительно их выбор. Они его сделали. Сами. И стали тем, кем стали. Не сразу. Постепенно. Тело – это отражение души. Их тела стали полностью соответствовать их душам.