Нас окружили молодые женщины. Барон Багэг пожаловался на свою птицу Робби, в ответ услышав взрывы смеха. Разумеется, и мы не были обделены вниманием: нас засыпали вопросами, на которые мы едва успевали отвечать. Ник опять распустил хвост и расточал комплименты направо и налево. Еще бы... Такого количества молодых и красивых женщин, собранных под одной крышей, мне уже давно не приходилось видеть.

– Мы закатим пир! – сказал Гэг Багэг.– Дайте только нашим гостям перевести дух.

В этом замке знали толк в благовониях. У меня даже голова закружилась, пока я отмокал в бассейне. Приятно избавиться от следов многодневных тягот. И постели здесь были такие мягкие, что покидать их надолго как-то не хотелось... Словом, если у Каролинги мы попали в ад, то барон Гэг Багэг предоставил нам возможность побывать в раю.

А потом нас пригласили к пиршественному столу. Обилие блюд, вина, фруктов поражало. Казалось, что за стол сядут великаны, потому что съесть все это нормальным людям не под силу. Веселиться Гэг и его друзья умели: все вокруг прямо-таки искрилось смехом!

Лишь слуги неслышными тенями скользили среди довольных жизнью молодых людей, подливая вино в пустеющие бокалы. Странные, молчаливые существа... Ни один из них не улыбнулся за все время пира. Каменные, неподвижные лица резко дисгармонировали с обстановкой. Поражало отсутствие жизни в тусклых глазах.

– Это не люди,– небрежно бросил Багэг в ответ на вопрос Ника.– Это нуки.

– А чем они отличаются от людей? – спросила Дарья.

Барон поморщился и пожал плечами.

– Андроиды, что ли? – не понял Ник.

– Не знаю,– сказал барон.– Мы получаем их такими, какие они есть. А что такое андроид?

– Искусственный человек,– пояснил Ник.

– Зачем? – удивился Гэг.– Зачем создавать искусственных людей, когда можно наделать натуральных? Это гораздо проще!

Присутствующие засмеялись шутке веселого барона. Хотя в общем-то ничего умного, а тем более смешного он не сказал.

– А кто вам присылает нуков?

– Старая история,– ответил барон, отсмеявшись.– Была война много лет тому назад – то ли они нас покорили, то ли мы их,– с тех пор живем очень весело.

И снова зал взорвался смехом. Непонятно было, чему эти люди так радовались по любому поводу, а то и без оного?

– А где ваши дети, барон? – спросила вдруг Дарья.

Наступила мертвая тишина. В глазах хозяев я уловил испуг и плохо скрытое недовольство – словно Дарья сказала ужасную бестактность.

– Они учатся.– Улыбка на губах барона уже не выглядела ни веселой, ни беспечной.– Дети должны учиться.

– Ученье – свет,– подтвердил Ник,– а неученых тьма.

Простенькая в общем-то шуточка, но в этом странном обществе она имела необыкновенный успех. Меня их идиотский смех начал всерьез раздражать. Я бы не назвал их веселье натужным – они смеялись явно от души,– но должен же быть хоть какой-то повод!

– Откуда такое прекрасное вино, Багэг? – спросил я.– Вокруг не видно виноградников. И виноградарей тоже.

И снова холодное молчание в ответ. И теперь уже явная враждебность в минуту назад еще счастливых глазах.

– У барона должны быть вассалы, Гэг, а у тебя их нет, или ты самозванец?

Ропот возмущения пронесся по залу. Сам Багэг слегка побледнел и обиженно надул губы.

– Мои вассалы все здесь, за столом, тебе мало?

И снова смех, правда, теперь уже не такой дружный, как прежде.

– Вы проиграли ту войну, Гэг,– сказал я, глядя ему прямо в глаза.– Проиграли.

– А кому это интересно? – удивился он.– Жить-то стало веселее.

Он вопросительно оглядел присутствующих, ища поддержки, но ответом ему были неуверенные усмешки на разом поблекших губах. Гэг нахмурился.

– Мы не желаем войны,– сказал он.– Война – это кровь и грязь. Мы сохранили нашу культуру. С помощью новых хозяев мы строим прекрасные дома и разбиваем сады. А народ вечно пьян, грязен и темен. Разве быдло способно оценить красоту? Все, что ни делается, к лучшему в этом лучшем из миров. Это наш лозунг.

– А дети? – повторила свой вопрос Дарья.

– Они возвращаются.– Гэг отвел глаза.

– Все?

– Нет, не все! – раздраженно выкрикнул Гэг.– У каждого свой путь!

– Правильно,– сказал Ник.– Одни идут в нуки, другие – в суки!

Эти люди не умели скрывать свои чувства – на их лицах тут же отразились страх и ненависть. Кажется, невзначай мы разрушили радужный дворец, в котором они так хорошо и весело жили.

– И много таких замков на вашей планете? – спросил я.

– Много,– ответил с вызовом Гэг Багэг.– А почему ты спрашиваешь, разве тебе эта планета чужая?