ма Верховного Совета УССР М. С. Гречуха, заведующий орг-

инструкторским отделом ЦК КП(б)У А. Н. Зленко. Так,

Д. С. Коротченко совместно с секретарями обкома партии

занимался подбором и расстановкой кадров подпольщиков,

М. С. Гречуха неоднократно инструктировал секретаря под-

польного обкома партии И. И. Бакулина, вместе с ним прове-

рял ход работы по созданию подполья, надежность кон-

спиративных квартир.

До вражеской оккупации области были образованы под-

польный обком, 37 подпольных райкомов партии2, десятки

подпольных организаций и групп. На подпольной работе

в тылу врага оставалось 2 662 коммуниста3.

Тщательно подбирались связные и хозяева конспиратив-

ных квартир. По характеру своей деятельности они долж-

ны были знать многих подпольщиков, шифры и пароли.

Для этой работы нужны были особенно стойкие, проверен-

ные люди. Областной и районные комитеты партии утверди-

ли 44 связных. У секретаря подпольного обкома партии

И. И. Бакулина связными были кандидат в члены партии

Е. С. Барановская и беспартийная патриотка Н. Н. Даныпе-

ва. В тяжелейших условиях фашистской оккупации эти за-

мечательные женщины смело, четко выполняли свои слож-

ные обязанности. Н. Н. Даныыева, кроме того, была хозяй-

кой одной из конспиративных квартир подпольного обкома

партии. Вступая в ряды подпольщиков, она в своем заяв-

лении писала: «Я, гражданка Даныиева Наталия Николаев-

на... предоставляю свою квартиру для явок нелегальных

партработников. Я клянусь хранить тайну разговоров во вре-

1 «В боях за Харьковщину». Воспоминания участников Великой Оте-

чественной войны. Харьков, 1963, стр. 26.

2 ПАХО, ф. 2, оп. 1, д. 4, л. 114.

3 См. «Трудящиеся Харьковской области в Великой Отечественной

войне». Харьков, 1960, стр. 59—60.

327

мя явок и никогда не выдам наших партийных товарищей,

если бы мне даже угрожала смерть». Свое обязательство

патриотка с честью выполнила.

Несмотря на огромный риск, советские люди, партийные

и беспартийные, как правило, охотно соглашались предо-

ставлять свои квартиры для явок и укрытия подпольщиков.

Активная подпольщица главный врач Колонтаевской боль-

вицы Краснокутского района Е. Я. Сербинова в своих воспо-

минаниях пишет, что она много думала над тем, как ей

принять участие в борьбе против захватчиков. В августе

1941 года в больнице побывал секретарь Краснокутского

райкома партии А. Г. Корабельщиков. «...Алексей Гаврило-

вич сказал,— вспоминает Е. Я. Сербинова,— что, возможно,

район будет оккупирован немцами... Много патриотов оста-

ется работать в подполье, в партизанах. Им необходимо

иметь надежные явки и связи. Одной из таких и могла бы

стать ваша больница. В этот момент и разрешились все мси

переживания и волнения за свое место в строю в тяжелые

для Родины дни. Я без каких-либо колебаний согласилась

остаться для подпольной работы».

Обком и райкомы партии успели многое сделать для ма-

териального обеспечения подпольщиков. На конспиратив-

ных квартирах и в других местах были оставлены запасы

продовольствия, деньги и другие ценности. До оккупации

области было издано и спрятано в тайниках 17 наименова-

ний листовок общим тиражом в 5,5 миллиона экземпля-

ров ].

Под руководством областной партийной организации

на Харьковщине была создана широкая сеть комсомольско-

молодежного подполья. Секретарем подпольного обкома

ЛКСМУ был утвержден секретарь Орджоникидзевского

райкома комсомола Харькова А. Г. Зубарев. Он энергично

езялся за дело. В своем письме жене и сыну, эвакуирован-

ным из Харькова, Зубарев писал: «Главное теперь—спокой-

ствие и мужество. Война!!! Она несет много лишений и пе-

чали. Ко всему нужно быть подготовленным, а главное—•

бороться, не теряя надежды, с большевистским упорством».

Вторым секретарем подпольного обкома ЛКСМУ был ут-

вержден эвакуировавшийся в Харьков секретарь Ровенско-

го обкома комсомола П. А. Глущенко, членом обкома—•