– Уу, конь педальный,-тихо провыла Эля, и отдала малышку матери.-Святые ежики! Сам агроном заговорил со мной. Пойду, помолюсь на твой памятник!

– Ты речь -то фильтруй, -угрожающе прошипел Миша.

– Я тебе чё, Аквафор?-не осталась в долгу Элина. Марку, кстати сказать, этот заносчивый тип, сразу не понравился. Было в нем что-то гадкое и отталкивающее.

– Крылова, я смотрю язык сильно острый стал,-произнес мужчина. Баринов закатил глаза, но пока не вмешивался.

– Пошел ты,-Элина вцепилась в руку Марка, чтобы хоть немного почувствовать его поддержку.

– Куда?-ядовито ухмыльнулся одноклассник Крыловой.

– Россия большая, есть куда пойти,-Михаил поперхнулся воздухом и тут же нашел резко другие дела.

– Жертва аборта,-фыркнула Эля, и потащила Баринова танцевать.

***

– Спасибо. Вечер и правда был прелестен,-я улыбнулась Марку, открывая дверь его машины.-Хочешь чай или кофе? У меня есть кексы.

– Кофе?-подмигнул мне Марк. Ну да, в нашей стране кофе или чай, всегда подымали рождаемость.

– Мы действительно будем пить кофе, а не то, что ты подумал,-но на удивление Баринов согласился. Взял с заднего сиденья пакет с лейблом известного супермаркета и вышел из авто, поставив его на сигнализацию. И когда только успел в продуктовый сходить?!
– А что в пакете?

– Взятка твоему Терминатору,-отвечать не стала. Надоело мне уже поправлять Марка на счет правильности имени моего питомца. Главное, чтобы он так ему лично не сказал. В реанимацию пускают, ведь только близких. Говорят еще, собаки глупые и ничего не понимают! Вранье, самое настоящее. Мне иногда казалось, что Пушок знает больше меня.

– Так ты знал, что я тебя приглашу?-прищурилась я.

– Неа. Если бы не пригласила, я бы сам напросился. А ты бы просто не смогла бы отказать такому красавчику,-и правда красавчик. Раньше я ,как-то это не очень замечала. Наверное, потому, что его корона так искрила, ослепляя всех вокруг, не давая узнать настоящего Баринова. А сейчас корона благополучно забыта на полочке, и мне безумно это нравилось.-Открывай быстрее, мне тяжело.

– Не ной, как баба,-шикнула я на него, пытаясь всунуть ключ в замочную скважину.

– Почему это тебе можно, а мне нельзя?-не знаю, когда он видел, что я ною, но все же решила ответить.

– Может потому, что я баба?-грубовато звучит, но правда.

– Логично,-не выдержав моей возни, Баринов отдал мне пакет, оттолкнул от двери и сам стал разбираться с замком.-Где твой монстр?

Я всмотрелась в темноту квартиры и указала пальцем в сторону сопящего огромного комка на диване в гостиной.

– Тсс,-я прижала указательный палец к губам и скинув туфли, поманила Марка за собой.

– В последний раз, я так крался лет в семнадцать. Когда родители моей очередной подружки, спали в соседней комнате,-услышала я шепот над своим ухом.

– Избавь меня от подробностей,-щелкнул выключатель и кухню озарил яркий свет энергосберегающей лампочки.-Тебе какой чай?

– Черный и четыре ложки сахара. Куда мясо поставить? Протухнет ведь,-достав две чашки с висящего над рабочей поверхностью шкафчика , кивнула в сторону холодильника.-Что это?

На спине у меня глаз нет, поэтому пришлось повернуться, чтобы рассмотреть о чём спрашивает Марк Константинович.

– Детское питание. Я ем его, когда надо срочно скинуть килограммы,-пояснила я, набирая воду в чайник, и ставя оный на плиту.

– Ммм…По-моему все идеально,-с этим чайником даже не заметила, как Баринов подобрался намного ближе. Большие, чуть грубоватые ладони, скользнули на талию, в то время как теплый нос уткнулся в шею.

– Ты чего? Я, ведь ,правда, только чай имела ввиду,-заикаясь промямлила я. Только страх этот был совсем не похож на тот, когда меня зажали в углу солдаты. Жар ,исходивший от ладоней мужчины, казалось, еще немного и прожжет дыру в тонкой ткани платья, оставляя следы на чувствительной коже.

– А я нет,-хмыкнул Марк и развернул меня лицом к себе. Его руки тут же приподняли меня над полом и подсадили на тумбу.- У меня с ней тогда ничего не было. Хочешь я ее уволю?

– Хочу. Иначе приду, и сама ее уволю,-словно со стороны услышала я свой низкий голос с хрипотцой. Мать моя, женщина, стыд-то какой! Сама всегда осуждала мартовских кошек, а тут готова прям на кухонной тумбе ему отдаться.

– Ревнивица моя,-обдал он горячим дыханием мою шею, спускаясь поцелуями все ниже, к открытому вырезу. Руки же Марка давно покинули мою талию, путешествуя по всему телу и задирая платье.