– Эт мне?-загорелись глаза у девочки. То что безусловно ей, сомнений не было. Но уточнить все же стоит. Мама учит вежливости.

– Тебе,-улыбнулся Баринов, протягивая куклу. Сонька потянулась ручками к вожделенной игрушке, но Марк Константинович тут же спрятал ее за спину.-С одним условием. Ты сегодня спишь в своей комнате.

– Дя,-кивнула Соня, слишком уж быстро соглашаясь. Марк подозрительно прищурился пытаясь найти в этих кристально чистых глазах, подвох.

– И не приходишь в спальню до следующего утра,-ребенок уверенно закивал и протянул руки, ожидая когда же куколка с такими чудесными волосами окажется в маленьких ручках.

– Ладно,-удовлетворенно кивнул Баринов и отдал коробку с куклой. Теперь Эля будет целую ночь с ним и никто не помешает осуществить Баринову задуманное.

Приняв душ, предвкушая страстную ночь, Марк уложил Соньку в кроватку, поцеловал в щечку и пожелал сладких снов, чтобы быстрее очутиться в спальне один на один с будущей женой.

– Мы одни. Я договорился с Соней,-улыбнулся радостно Марк, заключая девушку в объятия. Не спеша сдвинув одну лямочку от шелковой майки, брюнет оставил легкий поцелуй на плече женщины и тоже самое проделал со второй лямкой.

– Ма-Ма-Ма-Ма,-закричали в соседней комнате. Эля хохотнула, отстранилась и поправив лямки, на носочках побрела к двери.-Ма-ма-ма-ма-ма.

– Точно договорился?-сарказм прям сочился из ее голоса, заставив Баринова недовольно рыкнуть.

– Ну, Соня!-выругался Баринов, сжимая кулаки. Пришлось Крыловой идти к дочери, чтобы узнать с чего поднялся такой крик. Кто, кроме мамы может успокоить истерику ребенка? Правильно! Никто!

– Ди,-ребенок хлопнул ладошкой по своей кровати, слишком для нее большой и взрослой, показывая, что мама должна спать сегодня тут и нигде больше. Ну, а что?! Договор она выполнила, спать то она будет в своей комнате. На счет остального папочка не распространялся. В следующий раз, будет уточнять свои требования!

***

– Прекрасная принцесса, позвольте Вас украсть,-зашептал мне на ухо соблазнительный голос, когда две мужских руки, стали поглаживать мое тело. Открыла глаза, глянула на спящую Соньку, и приставила указательный палец к губам, показывая, что нельзя шуметь.

– Если она проснется, нас ждет виселица,-хихикнула я, аккуратно выбираясь с узенькой кроватки.

– Я спасу Вас, миледи,-Марк шутливо поклонился и поцеловал тыльную сторону моей ладони.-Пойдем уже.

– Ты такой нетерпеливый. Я не замечала раньше этого за тобой,-произнесла я, когда мы вышли из детской и прикрыли дверь.

– Никогда не думал, что с маленьким ребенком так сложно. Уже мечтаю, когда замуж ее выдам,-мечтательно закатил глаза мужчина, за что получил сильный удар кулачком в плечо.-Ай, чего дерешься?

– Какой замуж?! Ей два года всего! И надеюсь лет до тридцати, она и не подумает идти в это ярмо!

– Ну, я покажу тебе сейчас ярмо,-Марк схватил меня на руки и закинул себе на плечо. Прям пещерный человек, дубинки для полноты образа не хватает. Еще и ударил меня по вторым девяносто, когда попыталась завизжать. Видимо не желал мой будущий муж, чтобы я будила своего маленького телохранителя.

– В кровати дресс-код! В одежде не пущу!-заявил Баринов, поставив меня на ноги в спальне.

– Тогда я пойду в другую кровать,-сделала вид, что собираюсь уйти, чтобы тут же быть пойманной в железные тиски мужских рук.

– Даже не думай. Отныне ты спишь только в одной кровати-моей,-Марк нежно поймал пальцами меня за подбородок и накрыл мои губы, своими.

Дресс-код был соблюден с обеих сторон. Одежда оказалась сброшена в течении нескольких минут. Видимо, не одна я ужасно скучала по его телу. Все же между нами стояли три долгих года. Ночь после корпоратива решила не учитывать. Алкоголь не лучший из средств, чтобы оказаться в одной постели с любимым человеком.

Вопреки всем мыслям, я так и не смогла разлюбить Баринова. Мысленно окрестила его предателем, обвиняла во всех смертных грехах, а вот разлюбить не могла. И сейчас, царапая его спину, растворяясь от его поцелуев, понимала, что выхода у меня не было с самого начала. Как только увидела его в своем кабинете. Лев с короной на голове. Он и сейчас такой. Красивый, самоуверенный, а главное мой.

– Марк,-улыбнулась я, поцеловав его там, где глубоко под ребрами билось сердце.