— Извините. Вы, случайно, не мистер Смайл?

— Нет! — фыркнул тот.

— Понимаете, дело в том, что я мистер Смайл, а вы сейчас надеваете мое пальто!

Иерархия мошенников, «зарабатывающих» хлеб интеллектом, в зависимости от масштабов деятельности, такова:

жулик — мелкий деятель криминальной среды, промышляющий обманом граждан;

мошенник — то же самое, но с возможностью расширения ареала обитания до уровня фирм, торговых организаций, предприятий; второй смысл этого термина — нарицательный, определяющий не только принадлежность к мошеннической «масти» уголовного клана, но и всех, кто промышляет обманом;

аферист — крупный мошенник, направляющий свои усилия на крупные объекты собственности, например, недвижимость, а также на коммерческие и государственные структуры.

Суть их профессии состоит в завладении информацией и использовании ее для выманивания обманом финансовых или материальных средств.

Частная собственность — особый объект вожделения мошенников. Впрочем, испытывая неодолимое влечение к частнику, как ловелас к стройной блондинке, мошенник не обделяет вниманием государственное и общественное достояние, считая, что это наиболее доступный для взаимодействия объект. Действительно, информацию о самых разнообразных и интересных целях мошеннических притязаний в госсекторе можно получить просто и дешево.

Может ли интеллектуал, инженер, разработчик думать о достоянии страны, когда его зарплату впору разглядывать сквозь лупу, и он вынужден пробавляться случайными заработками. С отсутствием работы каждый человек может смириться, но к отсутствию зарплаты многие неравнодушны. Заботы государственных деятелей о выплате зарплат гражданам фальшивы, как родословная дворняжки, прикидывающейся тибетским терьером, и направлены только на повышение собственного рейтинга.

Государственная, техническая и научная информация сегодня доступна, но до сих пор не стала объектом притязания отечественных мошенников, хотя зарубежные чины однозначно направляют сюда свои интересы. Западные «варяги» промышляют не только мошенничеством и коммерцией на нашем рынке. Студентам престижных колледжей и университетов читают специальные лекции о методах получения сведений. Шведский университет в Лунде, например, предлагает слушателям курс «Основы экономического шпионажа и разведки»; Гарвардский университет — курсы «Техника стратегической дезинформации», «Экономический шпионаж». Лучшим слушателям предлагаются поездки в зарубежные филиалы, предоставляется возможность пользоваться открытыми счетами и кредитными карточками корпораций. Привлечение к работе самых талантливых специалистов — это успех фирмы. Если успеха можно добиться, скупив лучшие идеи российских умов, которые, естественно, в этой фальшивой стране продают свой ум и труд тому, кто может его оплатить, почему же этим не воспользоваться?

Существуют профессионалы шпионажа, ориентирующиеся на самое ценное — идею, разработку, интеллект. Наибольшие доходы в развитых странах получают не от торговых операций, как происходит в России, а от внедрения новейших идей, носителями которых являются интеллектуалы, инженеры, научные работники. Но это в развитых странах, где управители думают о мощи и потенциале страны. У нас управление страной — это накопление собственного капитала и властная возможность осуществить мошенническую операцию.

В НИИ стали приводить львов и выпускать в рабочее время в коридор, чтобы сотрудники не болтались, а работали. Потом случилось ЧП. Львов убрали. Один лев говорит другому:

— И нужна была тебе эта уборщица! Я 22 научных работника съел и никто не заметил.

Этот забытый анекдот советских времен не соответствует реальному значению интеллектуального труда. Не привыкший получать достойную плату за труд, российский интеллектуал, творец, инженер работал и работает, довольствуясь немногим. Потому бесчисленные «фонды», «совместные предприятия» и просто зарубежные агенты, зная творческие возможности России и мизерные потребности высококлассных специалистов, нещадно эксплуатируют интеллектуальный потенциал, за бесценок скупают высокие отечественные технологии, качественные идеи, самых квалифицированных специалистов.

«Государственные мошенники» уничтожили национальных производителей: пусть российский рынок заполонили импортные товары, пусть рушится национальная экономика — свой интерес «у них в кармане». Взятки, самая примитивная форма мошенничества, участие в прибылях бесчисленных СП и АО, занимающихся поставками импортных товаров на наш рынок, перекачка средств и ресурсов зарубежным банкам и фирмам — вот приемы, которые используют мошенники во власти.

Поэтому большинство идей продается, и лишь небольшое количество фирм, находящихся в кабальной зависимости от налоговой системы, от арендатора, от государственной безалаберности, когда государство не только не может финансировать, более того, не поможет с кредитом под новейшую идею, сохраняют, а не продают «ноу-хау».

Конкурент или мошенник, работая над проблемой нанесения ущерба или изъятия вашей собственности, уверяет вас в дружбе, любви и верности до тех пор, пока не получит необходимую информацию. Если у специалиста есть информация о том, что и где необходимо брать, то ваш «друг-конкурент» должен предварительно «въехать на доверии» в ваши владения с тем, чтобы получить достаточный объем необходимых сведений и, используя их, обвести вас.

1. Самая большая ценность для бизнеса — информация. Информация о вашей деятельности, ставшая достоянием конкурента, может быть использована против вас.