Я продолжала стоять на месте, не веря в произошедшее. Мне захотелось забарабанить в дверь и накричать на него за то, что он обошёлся со мной как с ребёнком, но я сдержалась. Едва. Тон его голоса шокировал и обидел меня, моё горло сжалось, а в глазах защипало.

Быстро заморгав, я попятилась от двери и поспешила покинуть здание, пытаясь разобраться в том, что только что случилось. И пока бежала к автобусу, я думала о том, что всего несколько часов назад мы были близки как никогда ранее, а теперь злимся друг на друга. 

Я сидела на диване на первом этаже, скрестив руки на груди, а мои балетки отстукивали нетерпеливый ритм. Кроме меня, в автобусе никого не было, вероятно, все остальные ушли на вечеринку. Я чувствовала себя смешно, даже глупо, как если бы снова оказалась в детском саду и миссис Элсвик наказала меня за то, что я прыгала на других детей во время дневного сна. Прошло уже больше часа с тех пор, как Джакс захлопнул дверь прямо перед моим носом. И как долго он собирался заставлять меня ждать? Если уж на то пошло, именно он вёл себя как ребёнок.

Простонав от досады, я поднялась наверх, на террасу, чтобы подышать воздухом. Усевшись на стул у бара, я налила себе стакан виски, надеясь, что это успокоит мои нервы.

Когда от второго стакана оставалась уже половина, на лестнице внезапно появился Джакс с серьёзным выражением на лице. С момента нашей последней встречи он уже успел надеть рубашку, которая сочеталась с его чёрными кожаными штанами. Как и всегда, он выглядел слишком прекрасно. Неважно, как сильно мне бы хотелось остерегаться его, оттолкнуть его, или как сильно бы я ни злилась на него, помимо моей воли часть меня была к нему неравнодушна.

Я поставила стакан и почувствовала, как переполняющие меня эмоции полились через край. Я встала и сердито ткнула пальцем в его сторону.

— Ты заставил меня ждать тебя почти два часа! Я же извинилась. И я думала, мы уже покончили с этими ничтожными играми!

— Сядь, — скомандовал он, указывая на барный стул, с которого я вскочила. — Время для игр закончилось. Ты перешла все границы, испортив моё чёртово шоу! Так и знал, что не стоило тебе доверять.

Тон его голоса испугал меня. Сначала мне стало страшно, но затем я осознала, что он кричал на меня из-за того, что вообще-то не было только моей ошибкой. И я осталась стоять.

— Я сделала то, что мне пришлось! И ты единственный, кто ведёт себя как чёртова принцесса!

Он приблизился ко мне, мотая головой, будто я ничего не поняла.

— Ты попросила меня сделать сокращения расходов, и я это сделал. Но теперь ты урезаешь расходы за моей спиной… — Он схватил мой стакан со столешницы и одним залпом выпил остатки виски. — И всё из-за этого долбаного бонуса, — проговорил он, поставив стакан с такой силой, что кубики льда в нём зазвенели.

— О чём ты говоришь? — потрясённо спросила я. — Это совсем не то…

Его глаза запылали.

— Я позволил тебе спать в своей кровати. Я позволил тебе уговорить себя доверять тебе. Ты сказала, чтобы отношения между нами были сугубо профессиональными, а сама всё это время трахала мне мозги!

О боже, неужели он так думает? Я буквально слышала, по его голосу, по его словам, как он начинает закипать — это напряжение между нами, которое стало невыносимым за те последние пару дней с тех пор, как мы начали сближаться.

Он схватил меня за руку, достаточно крепко для того, что вызвать мой страх.

— Так скажи мне, о чём ты думала, когда делала это? Пиротехника ты тоже обманула?

У меня защипало в глазах. Я скинула его руку со своей.

— Чёрт побери, Джакс! — закричала я, не в силах остановить слезу, которая покатилась по моей щеке, и посмотрела в его лицо. — Со мной говорил начальник пожарной охраны! Я была вынуждена принять решение.

— Что? — спросил он, по-прежнему на повышенных тонах.

Я вытерла щёку тыльной стороной ладони.

— Он сказал, что нам нужно либо не использовать то устройство, либо заплатить дополнительные десять кусков за страховку.

Пламя в его глазах погасло. Он нахмурился.

— С хера ли?

— У меня не было времени советоваться с тобой! Я была вынуждена принять решение сама. И я это сделала.

Он обхватил голову руками и быстро выдохнул.

— Боже. Почему ты мне не сказала? Я бы изменил программу, если бы знал.

— Я сказала пиротехнику, думала, он, в свою очередь, скажет тебе.

Он закрыл глаза рукой и покачал головой.

— Твою мать.

— Я знаю, — мягко проговорила я. — Прости.