– Это артефакт, – сказал Химик, осторожно поднимая посох. – Я вижу своим зрением. Он излучает, вокруг плещется алая дымка. Или, вернее, местный аналог артефактов. Послушайте, но это значит… Ворон, возможно, здесь ты сможешь избавиться от кровоцвета. И, если в этом месте имеются подобные штуки, то я, может быть, смогу выбраться из гиперского тела.

– Зачем тебе? – спросил Пригоршня.

– Ты что думаешь, я хочу всю жизнь оставаться в таком обличье?

– А чего, нормальное тулово у тебя. Справное, сильное. И одежды почти не надо.

– Нет, я бы хотел вернуться в человеческое тело.

– Да твое-то сгинуло давно, наверное. Что там теперь в Комплексе… и вообще, мы за тридевять земель оттуда, и никогда не вернемся, и неизвестно, если вообще еще Земля.

– Я надеюсь, мы спасли ее, иначе все это было бессмысленно Да, в свое тело, конечно, мне уже не попасть. Но можно найти другое, менее звериное, чем это. Мне все больше кажется, что это Террана. Антимир, от которого произошла Земля. И если здесь есть что-то из того, чем наполнена Зона… какие-то артефакты или аномалии, что-то схожее…

– Короче, ты хочешь найти здесь аналоги «кляксы», «партнеров» и снова переселиться.

Химик вместо ответа попятился от башни, подняв костяной посох. Напряженно скривил морду, как-то по-особому ткнул посохом перед собой… Камень на конце мигнул, из него вырвался клок огня. Такой округлый, вроде шара, с гудением врезался в стену, расплескавшись по черепам горячей пленкой, погас. Башня хрустнула, чуть качнулась, и все отскочили от нее.

– Ты чего делаешь?! – завопил Пригоршня.

– Тренируюсь.

– А ну прекращай! Слушайте, я вот смотрю-смотрю на этого красавца… – он шагнул назад к орку. – Как выглядит, и посох его… Это, вроде, шаман. Мне просто такое слово в голову пришло. Жил в своей башне, горя не знал, шаманил помаленьку, черепки в стенах иногда пересчитывал, тут мы прилетаем да на голову ему – бабах! Как та девчонка, как ее… Дороти из Канзаса, которую ураган в ее домике поднял и на башку там кому-то сбросил.

– На Злую Волшебницу Востока, – пояснил Химик. – Это начало «Страны Оз».

– Да хоть «Буратино», неважно. Ладно, где там наша синемордый?

Когда они вернулись, Роб стоял в той же позе, смотрел вдаль. Оглянулся на них, снова уставился вперед и спросил:

– Что мне делать?

Красный Ворон остался у стены, Вил Кисс присел над рюкзаком, который спустили из рубки, а Пригоршня с Химиком подошли к синекожему.

– Что делать? – повтори Роб, когда они встали перед ним.

– Живи, синяя харя, – сказал Пригоршня.

Великан-ворг нахмурился, размышляя над этим предложением.

– Я живу.

– Нет, пока ты просто существуешь. Но можешь начать жить.

Роб неуверенно перевел на него взгляд, ткнул перед собой рукой.

– Могу пойти туда? Этот мир… нравится?.. – то ли спросил, то ли сообщил он.

– Нравится – так и топай себе, – посоветовал Пригоршня. Он не испытывал к синему особой симпатии или интереса к его дальнейшей судьбе.

– Топать?

– Иди, – сказал Химик. – Иди куда хочешь и делай что хочешь.

– Хочу туда, – Роб кивнул в сторону леса. – Там деревья вижу. Озеро. Нравится.

– Ты можешь делать, что хочешь, – повторил Химик, заглядывая ему в глаза.

Они посторонились, когда Роб шагнул вперед. Постоял несколько секунд и пошел дальше. Нагнулся, поднял с земли палку. Помахал ею, на ходу отломал пару веток, сделал широкий замах, будто рубанул мечом, положил на плечо и ускорил шаг.

– Этот не пропадет, – заметил Пригоршня не слишком одобрительно. – Башку кому-нибудь снесет и съест. Зря его Ворон не прикончил.

– Я тоже пойду, – донеслось сзади, и они повернулись.

– Воронок, а ты куда собрался?

– Туда же, – пожал плечами наемник. – Но не с ним, отдельно.

– Но мы-то двое вроде как туда пока еще не собрались, а? – намекнул Пригоршня. – Да и Вил не торопится.

– Я сам пойду.

– А-а, ясно. Из-за этого?.. – он коснулся пальцами ребер у себя под мышкой.

– Да, из-за кровоцвета. Не хочу вас убивать, когда прихватит. И хочу побыть один. Надо подумать. Над всем.

Пригоршня согласился:

– Думать полезно, говорят. Химик вон много думает, уважает это дело, и глянь, кем стал – волосатым дикарем. Это хорошая карьера после кандидата наук, я считаю.