Сказав это, Мильвио отправился в путь.

Назад.

В сторону трактира.

– Не ожидала от тебя такого упорства. – Лавиани сказала это Шерон на следующий день.

– Упорства? – обернулась девушка, убирая разложенные на кровати вещи в сумку. – Я всего лишь попросила.

– Так и хочется щелкнуть тебя по носу, – с чувством сказала сойка. – Но сегодня я добрая.

– Щелкнуть по носу? За что?

– За твою наивность, девочка. А, ладно. Не бери в голову.

– Хочешь сказать, что у него была причина остаться?

– Ну что ты, – фальшивым тоном произнесла Лавиани, закидывая вещмешок на плечи. – Конечно же нет. Жду тебя внизу. Давай побыстрее.

Она вышла за дверь и, идя по коридору, пробурчала:

– Святая простота! Меня окружают сущие дети. Если бы ты почаще думала хоть о чем-то кроме дороги, то видела бы, как он на тебя смотрит. Ему нужен был лишь повод, чтобы остаться, и ты, судя по всему, его предоставила. Пф!

Тэо и Мильвио уже находились внизу и вместо того, чтобы спокойно дожидаться спутниц, помогали хозяину постоялого двора разгружать воз, на котором лежали мешки с мукой.

– Силы девать некуда? – поинтересовалась она у проходящего мимо акробата, кряхтевшего под тяжестью ноши.

– Людям надо помогать, Лавиани, – укорил ее тот.

– Скажешь мне это, когда он выставит нам полный счет за стол и жилье, – сказала сойка ему в спину.

– Мы уже договорились о скидке, сиора. – Плечи Мильвио были белыми от муки.

– Отрадно видеть благородную кровь, столь экономящую деньги нашей безумной компании. Наверное, именно поэтому ты и остался с нами.

Он ответил легкой улыбкой, поправил мешок и понес к амбару, в котором уже скрылся Тэо.

– Кто на этот раз наступил тебе на мозоль? – мило поинтересовалась Шерон, выходя на улицу.

– Обстоятельства. Накун – не самое лучшее место для комфортных путешествий. Равнины огромны, дороги часто пусты, а карету нам никто не торопится предложить.

– А лошади? Мы же можем купить лошадей?

– О. Тебя озарила дельная мысль, девочка. Даже не могу представить, почему я сама не придумала такое. Но проблема в том, что лошади стоят денег, и на четверку мы не наберем. Если только благородный мальчик не продаст свой меч. И то купим кляч.

– Уверена, нам хватит марок. Особенно с теми, которые ты украла по ту сторону Мышиных гор.

– Твоя уверенность мало что значит в большом мире, если ты в нем плохо разбираешься. Эй, Тэо! Почему мы не можем купить лошадей?

– Потому что они дороги, – сказал акробат, на ходу отряхивающий свою одежду. – Это же Накун.

Мильвио, видя, что Шерон все еще не понимает, объяснил:

– Раньше Накун славился своими всадниками, и те доставляли массу проблем соседним герцогствам во время множества войн, последовавших после раскола Золотого королевства. Так что когда Накун проиграл последнюю войну, соседи заставили герцога подписать договор о том, что страна не станет восстанавливать кавалерию в объеме, который мог бы иметь перевес во время боевых действий.

– А чтобы они уж точно соблюдали договор, уничтожили все табуны, – пояснила Лавиани.

– Не уничтожили, а забрали, – поправил мечник. – Никто не станет убивать ценных скакунов. Даже спустя столетия в Накуне действует ограничение на лошадей и владение ими. Поэтому ты и видишь на дорогах в основном волов. Кони здесь большая ценность, и никто тебе их не продаст.

– Есть и другие способы, – негромко произнесла Лавиани.

Тэо решительно отмел ее предложение:

– Никакого конокрадства! У нас уже было достаточно неприятностей, и не стоит их множить. Здесь тебе скорее спустят воровство пяти марок, чем одной лошади. Доберемся своими силами.

– Как скажешь. – Сойка легко уступила и, видя, как подозрительно сузились глаза у Шерон, хмыкнула: – Да я серьезно! Неужели моя покладистость выглядит столь необычно?

– А ты сама как думаешь?

– Ну, если вам так проще, то в следующий раз стану спорить с вами до хрипа и доказывать свою правоту. Так что? Будем и дальше молоть языками или отправимся наконец в дорогу? Тион нас самостоятельно точно не найдет. – Возражений не последовало, и сойка закончила: – Ну, тогда давайте в путь. До Бренна идти несколько недель.