крымские берега.

Октября 28. На другой день в полдень по счислению отстоял от нас

анадольского берега мыс Баба-Бурну на RSW 8°00' в расстоянии 235 верст

российских, следуя к Константинопольскому проливу; 29 и 30 числа по

учиненному сигналу на обоих кораблях обучали служителей пушечной и

ружейной экзерциции — примерно и после с пальбою. И 30 числа после

полудня увидели румельские берега и пеленговали мыс Калиакрию [на] SW

82W.

Октября 31. Тридцать первого числа в полдень по счислению отстоял

от нас Константинопольский пролив прямо на RS в расстоянии 87 верст

российских.

Ноября 1. Ноября 1 числа по рассвете находились в виду анадольских

берегов, а в полдень от Константинопольского пролива на W в расстоянии

40^ верст российских, лавируя разными маловетриями и штилевали на

другой день.

Ноября 2. В полдень пеленговали находящийся в проливе

Константинопольском на анадольском берегу маяк на RSW 48°00/.

Ноября 3. Третьего числа пополуночи в 2 часа, находясь от пролива

Константинопольского не в дальнем расстоянии, почему для

препровождения ночи до рассвета по учиненному сигналу мы и корабль «Семион» легли

в дрейф и чрез три часа, будучи на дрейфе, сделались на ближнейшем

расстоянии, в тож время корабль «Семион» снялся с дрейфа и стал отходить,

спускаясь под ветр, но за сделавшимся маловетрием, не уваливаясь скоро

под ветр, сделался еще ближе, почему мы, снявшись с дрейфа, тож стали

спускаться под ветр, дабы отойтить, но за маловетрием и бывшим

течением корабль «Семион» сошелся с нами и зацепил утлегарем своим за

наши крюйс-стень-фордуны у нас крюйс-стеньга, а на «Семионе» утлегарь

переломились; также у нас сшибло в море один кормовой фонарь, да и

другой измяло; потом, разойдясь корабли врозь, никакого повреждения более

не оказалось и чрез 2 часа ветр сделался от стороны юго-запада крепкий,

при котором, лавируя под рифлеными марселями, после полудня у нас

и на корабле «Семионе» повреждение исправили и около полуночи, в про-

1 Акат № 2 также входил в состав эскадры контр-адмирала Овцына

и также был застигнут штормом, которым был отнесен к Босфору, но

справился c непогодой и благополучно вернулся в Севастополь,

вождении взятого в Ахтиарском порте лоцмана, вошли в

Константинопольский пролив и в Буюк-дере стали на якорь, а корабль «Семион» остался

назади.

Ноября 4. На другой день поутру корабль «Семион и Анна» вошел

в Константинопольский пролив и соединился с нами.

Ноября 6. Шестого числа после полудня приезжал к нам на корабль,

находящийся при крепости при устье Константинопольского пролива,

господин комендант двухбунчужной паша и посещал главнокомандующего

кораблями.

Ноября 7. На другой день пополуночи в 9 часов с находящихся при

устье Константинопольского пролива с разных батарей происходила

пушечная пальба. В 10 часов снялись мы с якорей и, следуя проливом к

Константинополю, в полдень, проходя в близость Константинополя, салютовано

от нас государю из 31 пушки, на которой ответствовано было из гребного

флота состоящих судов под турецкими флагами залпом, а потом

салютовано от нас крепости Топхане из 15 пушек, на что ответствовано было со

оной крепости то ж число и в скором времени поравнясь мы против Топ-

ханы легли на якоря; после полудня в 1 час с Константинопольских

батарей происходила пушечная пальба, в то ж время прибыл к нам на корабль

его высокопревосходительство господин полномочный министр и кавалер

Василий Степанович Томара и известил,, что происходящая вышеписанная

пальба произведена была в честь торжества о полученной победе Портою

в Египте над французским генералом Бонапарти и по приказанию

вышеупомянутого министра для оного торжества по учиненному сигналу от нас

и с корабля «Симеон и Анна» выпалено с каждого по 15 пушек, а через

час в согласность с Константинопольскими батареями еще по 7 пушек.

Ноября 10. Десятого числа около полудня, пришел из Мраморного