Шрифт:
– Что сказать? – Уилл поймал ее за руки и завел их ей за спину.
Соски терлись о льняную сорочку. Лена посмотрела на Уилла. В его глазах замерцали теплые янтарные огоньки. Вот это она и хотела вызвать. Безудержную страсть. Потребность. Она наклонилась, потерлась грудью о его торс. Волна жара охватила живот и угнездилась между бедер.
– Чо ты хотела мне сказать? – повторил Уилл, а его карие глаза все больше становились янтарными.
Лена поцеловала его в грудь. Уилл задрожал и ослабил хватку на ее запястьях.
– Как я по тебе скучаю. Я играла с тобой в игры, так как боялась, что если буду серьезной, а тебе окажется плевать… я… Мне хотелось, чтобы ты меня поцеловал. Я пыталась тебя соблазнить, но ты не поддался. Я решила, что ты меня не хочешь, и было так больно, потому что я тебя хотела.
Охваченный противоречивыми желаниями, Уилл покачал головой:
– Не могу.
Лена высвободилась и снова провела ладонями по его груди.
Уилл отступил, натолкнулся на кровать, упал навзничь и стиснул в кулаке одеяло. Прикрывавшая бедра простыня начала сползать. Лена забралась сверху и оседлала упрямца.
– Лена, ты не понимаешь.
– Так ты хочешь меня или нет? – Она ждала ответа, затаив дыхание.
– Конечно, хочу, но…
Она прижала палец к его губам. Ночная сорочка задралась, и кружевной подол дразнил чувствительные икры. Облизнув губы, Лена устроилась на коленях Уилла, ахнув, когда его твердый член уперся прямо между ее влажных складок.
Так ярко. Ощущение такое сладкое. Она запрокинула голову, приподняла бедра и потерлась об него.
Уилл почти до боли стиснул ее попку и снова прижал к себе.
Лена вскрикнула от нахлынувшего желания.
Между ними оказалась простыня. Трение влажной ткани о чувствительный бугорок сводило с ума. Вдруг этого оказалось недостаточно, хотелось еще. Сильнее. Запустив пальцы в волосы Уилла, Лена склонилась к нему в поцелуе.
Уилл прикусил ее губу, втянул в рот. Лена принялась всем телом тереться о мощный торс вервульфена. Вкус его губ опьянял.
Лена просунула руку между ними и потянула за ткань, опоясывающую талию Уилла. Слишком поздно он осознал ее намерения. Лена крепко держалась за уголок, чувствуя, как простыня распутывается. На этот раз они прижались плоть к плоти. К твердой возбужденной плоти.
– Нельзя.
Лена целовала Уилла, не осмеливаясь его отпускать. Он издал полузадушенный горловой стон. Головка его члена прикоснулся к ней, растягивая…
Лена приоткрыла рот. Уилл схватил ее, перевернулся, бросил на постель и с рычанием склонился сверху, прижимая руки к кровати.
– Нет.
Его янтарные глаза отчаянно горели.
– Ты же хочешь.
– Хочу, – признал он. От промелькнувшей на его лице печали ее сердце сжалось. – Но не могу. Лена, я обещал защитить тебя, даже от самого себя.
– Я тебе верю, ты не причинишь мне боли, – прошептала она.
Уилл зажмурился:
– Лена, ты никогда не задумывалась, как распространяется волчий вирус?
Она открыла рот и застыла.
– Ну... Вирус жажды распространяется через кровь.
В Эшелоне волчий вирус не обсуждали, поэтому знали о нем очень немногие.
– Волчий тоже. – Уилл расслабился и вдавил ее в кровать. В золотистых глазах сияло желание. – А также через мужское семя. Почему, как ты думашь, я не был с женщиной?
Еще одно сокрушительное признание.
– Никогда? – изумленно прошептала Лена.
Он покачал головой и помрачнел:
– Никогда.
Она ощутила немного эгоистичную радость.
– Я не знала, думала…
Мысли путались. Она ни разу не видела его с девушкой. Но предпочитала думать, что он просто не распространяется о своих похождениях.
Уилл выпустил ее и встал на колени. И по его понурым плечам Лена все поняла. Схватив остатки простыни, он обернул их вокруг бедер.
– Мне можно быть только с уже зараженной женщиной.
Лена покачала головой. Не может быть. Теперь, когда она наконец призналась себе в глубине своих чувств…
– А если… я не против? – Она облизнула сухие губы. – Мы смогли бы быть вместе…
– Нет! Ты не знаешь, о чем просишь. Меня резали, били, даже почти выпотрошили, однако ничто, ничто не сравнится с муками, когда вирус впервые завладевает телом. Лена, не все выживают. – Он провел рукой по лицу. – Я не могу так с тобой поступить.