клуба или наоборот – взяли свои инструменты, зазвучала музыка и толпа начала кричать и

аплодировать.

– Кто …? – непонимание так и не сошло с ее лица.

Я поднял палец, прося ее подождать.

Барабанщик ударил дважды по тарелкам и по сторонам от сцены зажегся огонь и Джульетта

вскрикнула он удивления. Ее глаза смотрели на меня и горели от нежности.

Я улыбнулся и продолжал наблюдать за ней. Я видел шоу раньше, даже сотни раз.

Свет от огня отражался на ее лице, заставляя ее глаза сиять еще ярче. Ее рот слегка

приоткрыт, и сейчас она напоминала ребенка, который впервые увидел фейерверк.

Она следила за каждым движением на сцене.

Группа начала играть, музыка отдавала вибрацией по всему телу, и зрители начали сходить с

ума. Топали ногами, качали головами, прыгали, кричали. Группа играла песню Rob Zombie’s

“Dragula,” и я знал, кто появился на сцене, хотя и смотрел в другую сторону.

Я должен был видеть лицо Джульетты, когда она увидит это в первый раз. Если она

испугается, то я извинюсь и уведу ее отсюда. Ну а если понравиться … Хотя я сомневался что ей

понравиться. Не многим такое нравилось.

– Что… - она посмотрела на меня, все еще не понимая происходящего, но затем перевела

взгляд на сцену.

Я наблюдал за ней, зная что она сейчас видела.

Она видела брюнетку, ей чуть больше 35, и она не была членом группы. Она не играла на

музыкальном инструменте, она не пела, и не танцевала.

– Боже мой – Джульетта свела брови, и тут я увидел ее реакцию. Она поняла, что сейчас будет

происходить. Ее глаза не отрывались от сцены, она наклоняла голову из стороны в сторону,

заинтересовавшись происходящим.

И я закрыл глаза и улыбнулся. По всему телу пробежало облегчение. Она не испугалась.

Я встал, повернувшись боком, сделал два больших глотка воды и наконец то посмотрел на

женщину на сцене.

Ее черный корсет прекрасно облегал ее тело. Кружево ее нижнего белья привлекали всеобщее

внимание, когда она повернулась спиной и стала расхаживать по сцене. А цилиндр прикрывал ее

глаза, но я итак знал что они карие. Ее вьющиеся темные волосы были рассыпаны по спине, ее темные

ботфорты и ожерелье из черного жемчуга прекрасно завершали ее готический образ.

Ее полные губы были ярко красными, тени на глазах темно фиолетовыми, и все это ни

сколько не уменьшало ее естественной красоты – высоких скул, больших глаз и оливковой кожи.

Она была красива, трепетна и была сердцем этого места. Все и вся вращались вокруг нее.

Она покачивала головой в такт музыки, подняв руки вверх. Она улыбалась подпевала и

просила толпу покричать для нее.

И прямо за ней, два помощника, которые выглядели как и все работающие здесь, одетые в

черные шорты, футболки и ботинки, продолжали хватать металлические крюки, которые были

подцеплены к

потолку.

Я опять смотрел на Джульетту. Ее глаза были полны изумления, и по ее лицу можно было с

легкостью понять, что она сейчас чувствовала.

Прищуренные глаза – Путаница. Расширенные глаза? – Вау. Поднятый подбородок с

прищуренными глазами? – Подлинный интерес. Вернувшись к действию на сцене, я видел

улыбающуюся зрителям женщину, которая подняла руки вверх и выглядела как настоящая богиня. Я

не видел ее спину, но я знал что там сейчас делают. Я отвернулся, по телу побежало тепло когда ее

подняли в воздух.

– Джекс? – произнесла Джульетта, не веря тому что видит сейчас – Ее подвесили, за крюки.

На моем лице появилась улыбка и я наклонился ближе к столику.

– Это называется подвешивание. Правда странно, да?

Она кивнула – Ага. Но ..- она снова посмотрела на женщину, подвешенную в воздухе за кожу

на 4х крюках – Она выглядит как…

– Как что? – переспросил я, пытаясь узнать ее мнение.

– Как ангел. Она правда похожа на темного ангела. Разве нет?

Я взглянул на сцену, вспомнив как впервые увидел ее. Женщину подвелись над головами

зрителей, но она была уверенна и полностью осознавала всю свою сила. Она околдовала всех,

привлекая к себе не только их взгляды но и сердца.

Почти каждого.

– А я и не знала, что люди таким занимаются – честно ответила Джульетта – Но она такая