Электричества здесь не было, для освещения использовали толстые стеариновые свечи. Видимо, владелец этого дома, чудаковатый миллионер, потратил огромные деньги на дорогой интерьер, но не приобрел мини-электростанцию. Хотя для такого громадного дома «мини» не обойдешься.

— Как ваше самочувствие, милейший?

Услышав позади голос, Дмитрий от неожиданности вздрогнул и быстро обернулся. Улыбаясь, на него доброжелательно смотрел высокий полноватый мужчина лет пятидесяти с седыми висками и заметно выделяющимся брюшком, в костюме-тройке из плотного темного материала. У него было широкоскулое лицо, до синевы выбритый подбородок, слегка приплюснутый нос, карие глаза зорко глядели из-под кустистых седоватых бровей. В руке он небрежно держал тонкую деревянную тросточку, покрытую искусной резьбой.

— Вполне терпимо. Я вам очень благодарен за спасение и приют. Я ваш должник!

— Спасение — это слишком громко сказано. Спас вас ангел-хранитель, не дав погибнуть от удара молнии, попавшей в дерево, под которым вы прятались. Не каждому дано выжить в такой ситуации. Имейте в виду: в грозу не стойте под деревьями, а присядьте на корточки подальше от них и переждите. Гроза в горах редко длится дольше десяти-пятнадцати минут. А то, что дождик промочит, так это даже полезно — лучше расти будете. — Мужчина, посчитав шутку удачной, хихикнул.

«Я не редиска, чтобы расти от дождя!» — мысленно отрезал Дмитрий, но подавил в себе раздражение и неприязнь к мужчине. Как бы то ни было, этот человек его спас и приютил в своем доме.

— Я вас отблагодарю сразу по возвращении в гостиницу.

— Пустое, и не думайте об этом. — Мужчина небрежно махнул рукой, затем выпятил животик, словно на смотре, и важно кивнул. — Имею честь представиться: Федор Николаевич Драгомысловский.

Дмитрий назвал себя. Что-то в спасителе его настораживало. За внешним радушием Драгомысловского ему чудилось нечто странное, тревожащее. Возможно, причиной тому был этот огромный дом, похожий на дворец, стоящий изолированно в отдаленной местности.

— Я чувствую себя вполне здоровым и отдохнувшим. Хотел бы получить свою одежду и мобильный телефон. Как мне отсюда добраться до пансионата «Чистые ключи»?

— По батюшке-то как вас величать? — словно не слыша вопроса, поинтересовался Драгомысловский.

— Достаточно имени, без отчества.

— Милейший Дмитрий, в горах нет прямых троп, здесь они запутаннее, чем в пещере Минотавра. Самому, без проводника, вам отсюда не выбраться. Отдохните денек-другой, наберитесь сил, а я подумаю, кого вам дать в проводники.

— Ко мне должна приехать жена, может, она уже в пансионате и волнуется! Вы хотите сказать, что я нахожусь далеко от пансионата и поселка Веселый Кут?

— Значительно дальше, чем даже можете предположить, — радушно улыбнулся Драгомысловский.

— Проще было доставить меня в Веселый Кут, до которого километра два от того места, где я попал в грозу, чем отправлять сюда! С ваших слов я понял, что мы высоко в горах. Это действительно так?

— Вам требовалась неотложная помощь, а в поселке вы бы ее не получили. С молнией не шутят. Местные жители делают из ели, в которую попала молния, трембиту. Вы знаете, что это такое?

— Видел по телевизору. Музыкальный инструмент.

— Трембита — это не только музыкальный инструмент, как вы изволили сказать, но и сигнальное устройство. Жители горных селений при помощи трембиты подают сигналы, общаясь друг с другом на расстоянии. Попавшая в дерево молния мгновенно иссушивает его до крайней степени, чего не добьешься естественной сушкой даже за несколько лет. Поэтому…

— Благодарю вас, это очень познавательно и интересно, но мне необходимо срочно попасть в пансионат! За доставленные хлопоты щедро отблагодарю — я небедный человек.

— Без проводника невозможно, милейший Дмитрий. — Драгомысловский огорченно вздохнул, словно и правда переживал, что не может оказать подобную услугу.

А Дмитрию не верилось в его искренность.

— Я очень хорошо заплачу!

— Что деньги, милейший Дмитрий? Тлен, не больше. Здесь, в горах, они не так ценятся, как у вас внизу. Смею вас заверить, тут в большей цене доброе слово, чем презренный металл. — Неожиданно он басом пропел: — Люди гибнут за металл! Вы любите оперу?

— У меня в голове сейчас только опера!

— Меня хоть озолотите, но без проводника вам отсюда не уйти.

— А если я все же попробую?! — стал закипать гневом Дмитрий. — Что мне нужно сделать, чтобы вы помогли мне вернуться в пансионат?

— Ничего особенного, милейший Дмитрий. Отдохнуть, набраться сил, и с проводником через пару дней отправитесь, куда вам заблагорассудится!

— Пару дней?! Я должен тут торчать столько времени?!

— Увы, иного выхода нет.

— Укажите мне направление и дайте какие-то указания относительно дороги, и я сам выберусь отсюда!