Адвокат присел, приняв сосредоточенный вид, раскрыл папку, выложил пачки сигарет. Помощница села на соседний табурет, скрестив ноги. Ее платье поползло вверх, оголив бедра. Взгляд адвоката сразу прикипел к ее ногам, и это смутило девушку, она попыталась поправить платье, но ей не удалось это сделать.

— Извините, Павел Андреевич, я оделась неправильно, не в соответствии с обстановкой. Больше это не повторится.

— Оставь, Оксана. Знаешь, как в песне поется…. — И адвокат пропел, ужасно фальшивя: — «Ах, ноги, ноги, как две дороги…»

Дверь открылась, вошел крепкий небритый мужчина с красными воспаленными глазами, у него был подавленный вид. За ним вошел сопровождающий его контролер.

— Подследственный Погодин доставлен. У вас в распоряжении час.

— Оставьте нас.

Контролер вышел, а Погодин тяжело уселся на табурет, опустив голову, словно обнаружил на полу то, что интересовало его больше, чем беседа со своим адвокатом.

— Здравствуйте, Дмитрий Петрович. Как вы себя чувствуете? Что-то вид у вас не очень. Вас перевели в другую камеру?

— Спасибо, Павел Андреевич, перевели. В камере нас четверо.

Адвокат повернулся к помощнице и пояснил:

— Дмитрий Петрович до этого был в камере, где находилось тридцать четыре человека, и, пардон, там ужасные санитарно-гигиенические условия. Пришлось сделать некоторые вливания, — адвокат сделал характерный жест — потер пальцами. — Условия теперь улучшились, и тем не менее тюрьма — далеко не санаторий. — Адвокат повернулся к Погодину: — Сигареты для вас. Если хотите, можете закурить. — Адвокат искоса посмотрел на помощницу.

— Пожалуйста, курите, — сказала Оксана. — Дым мне не мешает.

— Судя по вашему виду, изменения меры пресечения в ближайшее время не предвидится. На залог надежды нет? — тусклым голосом поинтересовался Погодин, скользнув безразличным взглядом по девушке. Оксана на мгновение заглянула ему в глаза, и ей стало не по себе от их безжизненности. Похоже, этот человек потерял веру в себя, покорился судьбе.

— Статья слишком серьезная, да и в прессе поднялась шумиха.

— На следующей неделе следователь хочет повезти меня на следственный эксперимент. — Глаза у мужчины неожиданно зло блеснули, и он выкрикнул: — Я не убивал Виталия!

Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул контролер.

— Все в порядке. — Адвокат нетерпеливо махнул рукой, и хмурая физиономия вновь скрылась за дверью.

Погодин овладел собой, нервно закурил и с вызовом посмотрел на адвоката.

— Цель вашего визита? — иронично поинтересовался он.

— Познакомьтесь с моей помощницей — Оксаной Николаевной Козловой. Попрошу вас рассказать, что с вами произошло, специально для нее.

— Пришли позабавиться? Оксана — она кто вам? Любовница, жена? Первое, наверное, более вероятно!

— После университета я четыре года занималась оперативной работой в отделе расследования убийств и два года работала помощником судьи. Так что некоторый опыт имею, и здесь я не для развлечений, — чеканя каждое слово, произнесла Оксана.

— Какие причины вынудили вас сменить работу на адвокатскую? — въедливо поинтересовался Погодин. — Размер зарплаты? Чувство справедливости?

— Я не признаю служебных романов, а мой прежний руководитель не мог с этим смириться.

— Вы относитесь к синим чулкам? — произнес Погодин издевательским тоном.

— При следующей встрече я вас подробно посвящу в свою интимную жизнь, но сегодня расскажите об обстоятельствах, которые привели вас сюда. Работая помощником судьи, я заметила, что большинство дел в суде рассыпаются из-за грубых процедурных нарушений. Возможно, мой, хоть и небольшой, опыт сможет пригодиться.

Погодин задумался, нервно барабаня пальцами по столу. Затем, приняв решение, согласно кивнул.

— Хорошо, в моем положении выбирать не приходится. Не знаю, с чего и начать…

— С поездки в Африку, — не удержался от подсказки адвокат.

— Вы все же хотите из меня клоуна сделать? — зло произнес мужчина.

— Расскажите, почему вы оказались здесь, — вклинилась Оксана.

— Почему — я сам не знаю, а как — извольте! — Погодин успокоился и как-то сник. — Павел Андреевич прав, мне надо начать рассказ с путешествия в Судан… В городе Омдурман моя жена Лера случайно коснулась рукой деревянной фигурки нубийского бога Апедемака. С этого начались все мои злоключения, приведшие меня сюда…