Джордан коснулся ее плеча.

— Эрин?

Его синие глаза смотрели на нее с тревогой. Она пошла прочь, чувствуя необходимость в движении.

«Я сделала то, что должна была... и ничего больше».

И все-таки ее терзали уколы вины. Они с Руном на глазах у всех, кто находился в этой церкви, разделили на двоих интимное действо.

Эрин подошла к своему рюкзаку и дрожащими пальцами открыла его. Сунув руку внутрь, задержала пальцы на чехле, в котором хранилось Кровавое Евангелие. Присутствие этой книги придало Эрин сил. Потом женщина достала связки бумаг, которые нашла под колоколом, и сложила их на скамье.

— Полагаю, это старые записи Ди, — пояснила она. — Но я не могу сказать точно, потому что они, похоже, написаны по-енохиански.

Элизабет поднялась и присоединилась к ней.

— Дайте взглянуть. — Она быстро пробежала глазами по бумагам, листая страницы. — Это действительно записи Ди. Я узнаю почерк.

— Вы можете перевести их с енохианского? — спросила Эрин.

— Конечно. — Элизабет уселась на скамью. — Но это потребует времени.

— Вы можете прямо сейчас поискать любые упоминания о зеленом алмазе?

— Да, но зачем?

Христиан эхом вторил вопросу графини:

— Эрин, тебе что-то известно?

Она повернулась к нему лицом, ощутив новый прилив скорби.

— Очень немногое. Но перед смертью Леопольд освободился от власти демона, захватившего власть над его телом и душой.

— Какого демона? — поинтересовалась София.

Эрин вдохнула поглубже, вспомнив, что только она слышала последние слова Леопольда.

— Он назвал его Легионом.

Христиан оглянулся на Софию.

— Демон с таким именем упомянут в Библии.

Та кивнула.

— Христос изгнал его, но только после того, как вступил с ним в схватку и потребовал демона назваться. И он сказал в ответ: легион имя мне, ибо нас много.

— Ибо нас много, — повторила Эрин, взвешивая эти слова. — Может быть, такова природа этого демона? Владеть многими.

— Похоже, он действительно способен подчинять других своей воле, — произнесла Элизабет, начиная перебирать стопку древних бумаг. — Даже таких, как сестра Эбигейл.

— Но не нас, — дополнил Джордан, махнув рукой в сторону Эрин. — Я боролся с ним, но он не сумел поработить меня.

— Возможно, он может управлять лишь теми, кто уже осквернен, — предположила София, и на лице ее отразилось беспокойство. — Сорняку нужна почва, чтобы расти в ней. Быть может, ему нужно, чтобы в ком-то уже присутствовала тьма, дабы он мог в ней укорениться.

— Если этот демон подобен сорняку, — спросил Христиан, — мог ли он пережить смерть Леопольда?

— Не знаю, — призналась Эрин. — Но Леопольд сказал, что Легион ищет три камня. — Она многозначительно взглянула на Джордана. — Он послал одного из порабощенных в подземное святилище в Кумах. Может быть, ему нужны были обломки зеленого алмаза...

— Возможно, — согласился Джордан. — А может быть, он просто хотел убить меня. И черт возьми, ему это почти удалось.

— Нет, я думаю, он искал камень.

— Почему ты так в этом уверена? — спросил Христиан, затем добавил с легкой улыбкой: — Не то чтобы я сомневался в выводах Женщины Знания...

— Последние слова Леопольда, перед самой его смертью.

Он упоминал что-то о саде оскверненном... затопленном кровью, омытом водой. Судя по всему, именно там должен восстать Люцифер.

— Но что за сад? — не понял Христиан. — Что это значит?

— Возможно, Эдемский сад? — предположила София.

Эрин смотрела куда-то в пространство, бормоча:

— Это не может быть просто совпадением...

Джордан коснулся ее плеча.

— Что?

Она повернулась к остальным.

— Те три фрески в алхимической комнате Келли. Арбор, Сангвис и Аква. Символизирующие сад, кровь и воду.

Христиан потер подбородок.

— Символы совпадают с тем, о чем шла речь в последних словах Леопольда.

— И Легион ищет три камня, — добавила Эрин. — Возможно, отображающих то же самое. Арбор, Сангвис и Аква.

Джордан достал две половинки изумрудно-зеленого алмаза.

— Ты думаешь, это может быть Арбор? Он зеленый, как сад.

Эрин кивнула.

— И мы знаем, что это не простой алмаз. На нем начертан странный символ. К тому же он мог удерживать дымные сущности более чем шести сотен стригоев.

— И в конце концов — самого Легиона, — дополнил Христиан.