Сейчас я была в предвкушении и с нетерпением ждала его историю. Было очень интересно, к тому же, мне его еще заставлять на ринг вместе с Иркой выходить. Кстати, а она ничего так, неплохая девчонка, она была бы хорошей спутницей для Максимки. Ну, ладно об этом, как-нибудь потом. Сейчас веселая история и помощь Тоше!

— Хранителем и праведником душ я стал совсем недавно. Помнишь, года два назад я попал в аварию и лежал в коме две недели?! — поймав мой кивок, парень продолжил свой рассказ, — Вот именно тогда я и стал кем-то там, с миссией, как у ангелов, — усмехнулся Новиков и посмотрел в пол.

— Продолжай! — поторопила я его, ожидая продолжения.

— Ну, и мне это надоело. Очень. Смотреть, как души забирает жнец, когда ты проигрываешь. Это тяжело знать, что от тебя зависит жизнь или смерть человека. Невинного человека! — возмутился блондин.

Подойдя ближе, я снова приобняла парня за плечи, давая понять, что он не один, и я всегда готова помочь. Максим ели заметно улыбнулся. И на этом спасибо.

— Как проводится битва со жнецом? — неожиданно для самой себя спросила я и вновь отстранилась от друга.

— Бой хранителя со жнецом — моральное месиво. В основном, это битва самого человека, обе стороны должны сделать его моральным калекой, а затем… Если он справится, то я становлюсь его проводником, если же человек сдается, он отправляется в путь со жнецом. Хранителей и жнецов на свете много, и на каждого смертного должно достать двое, а после того, как человек возвращается в тело… Если возвращается… То он становится либо жнецом, либо хранителем душ, — с некоторыми запинками объяснил мне Максим и наконец-то закончил свой рассказ.

— О Боже… — я представила, что же предстоит пережить Антону. — Жизнь моего друга зависит от тебя! — я решила сразу перейти к делу.

— Я завязал с этим! Я даже жнеца-соперника избегаю, — как-то хладнокровно ответил тот.

— Пожалуйста! Ради меня! — я готова на колени встать.

— Прости… — видимо, это означает «нет».

— Надумаешь — ты знаешь где меня найти, — я поспешила уйти из старого парка, не без труда сдерживая свои слезы. И разве это друг?!

***

Выйдя на главную трассу, я поймала такси. Сев на заднее сидение, я сказала водителю адрес и дала волю слезам. Вытерев лицо да и весь потекший макияж влажной салфеткой, я заплатила водителю пятьсот рублей и вышла из автомобиля. Сейчас мне уже было плевать на то, что мы поругались с Антоном. Напоследок шмыгнув носом, я вошла в подъезд. Вот и пошел дождь, как я и думала. Поднявшись на нужный этаж, я глубоко вздохнула и достала ключи от квартиры. Наконец-то открыв дверь, я вошла внутрь.

— О-о-о! Привет! Где была? Прости меня, я не должен был кричать на тебя утром. Просто в последнее время я весь на нервах… — из гостиной к порогу вышел брюнет.

— Приве-е-ет, — как-то неуверенно протянула я, а затем продолжила, — да ничего, не каждый же день узнаешь, что почти живой, когда уже второй год думаешь, что мертвый, — я театрально закатила глаза.

— Хм-м… — видимо, брюнет хотел что-то ответить, но не судьба.

— Ах, да, и ещё кое-что… — начала было я.

— Что же?! — резко спросил парень и направился за мной обратно в гостиную.

— Я знаю, как тебя спасти, но не уверена, что смогу… — последние слова я произнесла слишком тихо, что даже не уверена, услышал ли меня Антон или нет.

— Рассказывай! — громко воскликнул призрак и присел на кожаный диван.

— Эх-х… Дело твоё. Ну, в общем! Первое — Ира, все-таки, оказалась жнецом! — я показала парню язык, — второе — праведником оказался Максим… Да-да, тот, с кем я работаю, — я тяжело вздохнула.

— А как меня спасти?! — поторопил меня брюнет, все это время теребя край своей майки.

— Ну-у… — я даже не знала, как начать.

Как сказать Антону, что всё это безнадежно? Что Макс отказался помогать, или если даже он и согласится, то шансы выжить 50/50?! Я не могу… В нем столько надежды! И это я вселила в него веру. Дура, дура, дура…

— Максим должен выйти на ринг вместе с Ирой, и они вместе будут делать из тебя морального калеку. Не выдержишь — проиграешь и умрешь, а если вдруг сможешь все это вытерпеть, то есть вероятность, что ты вернешься в тело, — быстро протараторила я, — но вот только Максим отказался в этом участвовать…

— Что?! — он был в шоке? Нет-нет, он был в ярости.

— Что слышал. Он просто взял и отказался.

После этого разговора в квартире была гробовая тишина. Мы с Антоном больше ни словечком не обмолвились. Нет, не то чтобы он обиделся на меня, просто не было желания, да и настроения. Тишина. Вдруг в моей комнате раздался телефонный звонок. Медленно встав, я тяжело вздохнула и устало поплелась в свою спальню.